Пограничник. Том 8: Операция \

Сказал, что ты и твой друг — советские разведчики. Оттого вы так и похожи на пуштунов. Ну, кроме тебя. Ты совсем не похож.

— Отец?

— Да. А ему сказал твой командир, — покивала Мариам, — командир, который встретил моего отца у реки. Он и показал вас ему.

Я нахмурился.

— А твой отец рассказывал, как выглядел этот командир?

— Нет, — девушка быстро мотнула головой, — а брат — да. Он сказал — мужчина был большой, бородатый. Похож на медведя.

— Он носил такую же форму, как мой друг? — нахмурился я.

Увидев мою реакцию, Мариам насторожилась. Опасливо приподняла бровки.

— Не бойся, — улыбнулся я, а потом сказал, стараясь не пугать гостеприимную девушку: — А не знаешь, говорил ли мой командир еще что-то?

— Отец сказал, что да, — медленно кивнула Мариам. — Он говорил, чтобы мы приютили вас на время. Что вы ранены в бою с бандитами-душманами. А еще…

Девушка отвела взгляд. На лице Мариам отразились ее душевные сомнения.

— А еще сказал, что скоро за вами придут ваши. Придут, чтобы забрать домой.

Глава 18

Пока Мариам хлопотала во дворе, у большой глиняной печи, я лежал на своем ложе.

И пусть тело мое болело, а голова раскалывалась, я почти не замечал этого. Не замечал, потому что думал. Обдумывал все, что услышал сегодня.

Ситуация была непростой. Время поджимало — за Ханом скоро вернутся его дружки, это было очевидно. «Командир», которого видел Абдула, скорее всего был «Призраком».

Вот только меня мучал один вопрос: почему меня не прикончили там, на берегу? Почему этот «Медведь» попросил отца Мариам забрать и меня тоже?

Этого я не понимал. Но обязательно разберусь.

Нужно было придумать, как выйти из ситуации. И пусть наметки определенного плана у меня были, я все еще активно обдумывал его. Этот план.

Сначала пришла идея — оставить Хана здесь и идти к своим. Но если я не успею вернутся — то подвергну Мариам и ее родных опасности."

"Все же, нужно помнить, что на заставе бедлам. Что вряд ли меня станут слушать после того, что случилось в прошедшие пару дней. А если и выслушают, то далеко не сразу.

Да и оставлять Тарика Хана тут одного — тоже опасно. Раненный зверь всегда самый кровожадный.

В общем перебирал я разные варианты: и заставить Тарика Хана пойти со мной к границе, и каким-то образом подать нашим сигнал. И много что еще. И все это казалось мне в нынешних абстоятельствах малореализуемым.

И все же, когда кое-какие верные мысли стали наклевываться, я кое что услышал. В соседней комнате сначала заворочился, а потом и закашлялся Тарик Хан.

Его голос походил на хриплое, немного гундосое карканье умирающего ворона с перебитым клювом.

Я приподнялся на локтях. Осмотрелся и прислушался. Потом сел на своем ложе, стараясь понять, где же Мариам. Не прибежит ли сердобольная девушка на жутковатое почти предсмертное кряхтение Хана.