Пояс шахида

— А ведь не пугал, гад, — бил на поражение…

Непродуктивный труд заключался в обработке имевшейся в наличии и свежеполученной в гостинице информации. Скажем прямо, информации было — мизер, и Шведов, переставший уже к концу вторых суток температурить, предупредил соратников, что шансы на успех ничтожны.

— Тем не менее пренебрегать информашкой не стоит. Будем работать…

Информация была представлена четырьмя составляющими:

— два фрагмента обгоревших фирменных бланков, обнаруженных среди прочего мусора в изуверски подожженной урне;

— показания сутенера Василия Петровича Кудрявцева, злодейски взятого Хасаном в заложники и отпущенного затем на произвол судьбы;

— кассета из видеосистемы наблюдения, цинично изъятая Сычом в обменнике, плюс кассета Шведова, записывавшего на всякий случай репортажи с процесса Бульдозера;

— характеризующие данные по Хасану, полученные Шведовым ещё в бытность великого служения Отчизне.

Рассмотрим составляющие в порядке нумерации. Увы, в ванной гостиницы прекрасная вентиляция, костер в урне горел весело и споро. Поэтому фрагменты бланков, годные для чтения, оказались совсем крохотными и содержали следующую информацию:

— на первом удалось прочесть слова «пансио…», «…еный отдых» и «…еть»;

— на втором вообще сохранилась целая фраза: «…леп ная …рода Подмосковь…».

— Понятное дело, — слегка порадовался Сыч. — Подмосковный пансионат. «Полноценный отдых». Или «не — въепенный отдых». И вообще — «окуеть». Природа-то — великолепная!

— В Подмосковье несколько сотен пансионатов, — вскользь заметил Шведов. — Если брать только Дмитровское направление, указанное Василием, — около сотни. Замучаемся искать…

Да, Василий — сутенер, к которому вломились без спроса наши парни, под «стволом» рассказал короткую историю своего постыдного пленения. Взяли у «Тамары», прокатились за МКАД, по Дмитровскому шоссе, затем агрессор велел парню снять штаны, тем самым лишив его свободы перемещения, отнял мобильник, проколол ножом шины и убыл на попутке — прочь от города. Своим курчавым боссам из «Тамары» Василий, разумеется, пожаловался, те обещали разобраться, но пока что — тишина…

Кассеты особенно не радовали. На той, что из обменника, просмотренной с адаптером и переписанной на обычную, Хасан смотрелся этаким ночным уродцем, более похожим на негатив вампира. Требовался хороший компьютер с картой, имеющей видеозахват[53] и мощную программу для редакции фото-видео. Кассета с записями репортажей также не впечатляла: репортеры особое внимание уделяли Бульдозеру (УАЕД), а дедушка Хасан вечно торчал где-то сбоку, на дальнем плане, и в кадре были хорошо видны лишь его пышная борода и крючковатый нос.