Пока светит солнце

Да как старался, душу свою в это вкладывал… Впрочем, Алексей тогда больше на экскурсовода смотрел, оттого все подробности в памяти надолго и не задержались. Но картину эту запомнил.

Вот только нынешнюю картину портили серо-зеленые фигурки немецких солдат. Своим видом, они напрочь отбивали какую-либо охоту смотреть на окружающий пейзаж иначе, чем через прорезь прицела. А много ли через неё увидишь? Хотя… это утверждение спорное. Смотря, с какой стороны глядеть. Если со стороны ствола, да на открытом месте лежа – очень даже зрелище неприятное получается.

А вот если со стороны приклада, да этот самый пулемет, держа в руках… На такую картину смотреть можно долго и с удовольствием. И даже какие-то свои, так сказать, «мазки», поверх пейзажа наложить. В меру собственных способностей и разумения.

«МГ-34» мало похож на кисть художника. Но, в отличие от неё, обладает важным свойством – его вмешательство в окружающую действительность игнорировать невозможно. И трудно не заметить.

Первая же очередь, как метла с праздничного стола, смахнула группу немцев, присевших в небольшой ямке, прямо под склоном холма.

И сидели они там не просто так, они миномет наводили. И даже выстрелить успели несколько раз. Этим всё и закончилось. Дистанция была короткая (метров восемьдесят), укрытий у фрицев не имелось… так что судьба их ждала незавидная.

Вторыми под раздачу попали пулеметчики противника – им тоже прилетело быстро и основательно. Так что пулемет, поддерживающий немцев, тотчас поперхнулся и замолчал. А дальше – началось…

Рядом вопил что-то Мусабаев. От волнения он начал коверкать слова, даже по-казахски что-то выкрикнул.

Пару раз вскидывал автомат и выпускал короткие очереди по мятущимся внизу фигуркам. Скорее всего, не попадал. Но патроны он подавал вовремя, а его огонь разок даже помог – заставил фрицев пригнуться, пока капитан менял ленту. Пока над головою посвистывали пули, солдаты лишний раз не высовывались. А потом это стало и вовсе небезопасно.

Приноровившись, Алексей стал выбивать даже одиночные фигурки, все группы были уже рассеяны.

Нельзя сказать, что немцы не вели ответного огня. Вели, но вредная парочка постоянно смещалась туда-сюда по гребню, сбивая стрелкам прицел, и не давая тем, как следует, пристреляться.

Да и минометов у фашистов больше не имелось. А ружейно-пулеметным огнем (теперь, впрочем – только ружейным) сбить вражеский пулемет, стреляя снизу вверх… задачка не для слабонервных. Словом, попытка не удалась.

Когда же, отчаявшаяся кучка удальцов, собравшись в единый кулак и паля одновременно изо всех стволов, попыталась атаковать склон, о себе напомнил наш броневик.