Пока медведица на небе

Как только девочки-официантки заставили стол вполне приличными яствами, она продолжила:

– Значит, так, мои дорогие, у меня две новости, как в анекдоте: плохая и хорошая. Первая – Фёдор Осипович не умер, его убили, точным ударом порвали селезенку.

Марина явно была любительницей театральных эффектов и, сказав с удовольствием режиссера, достигшего желаемого результата, наблюдала эффект от своих слов. Борис в этот момент пил воду и поперхнулся, но никто даже не подумал ему постучать по спине. Карл замер с поднесенной вилкой ко рту, а француз Филипп продолжал протирать стекла в своих очках, да с таким усилием, что они уже начали скрипеть.

– А какая, едрёный комбайнер, хорошая новость? – первым пришел в себя, откашлявшись, Боря.

– Это была хорошая, – невозмутимо сказала Марина. – Плохая – мы все под подозрением.

– Кто мы? – спросил Филипп, водрузив на нос очки.

– Все, кто ехал в девятом вагоне, у меня знакомый работает в полиции, – продолжала Марина, будто пересказывала интересный детектив. – Так вот, он сказал, что так вчера случилось, что наш вагон был заблокирован, какой-то придурок-фокусник ехал из Воронежа в Ростов-на-Дону на гастроли и вез большой реквизит – ящик, похожий на гроб.

Он его в тамбур затащил, а там ни туда ни сюда. Они его и вытащить, и убрать хотели – ни в какую, только в Ростове с помощью пилы смогли извлечь эту конструкцию из тамбура. Так что от Воронежа и до Ростова дверь в наш вагон была заблокирована. До этого, по свидетельским показаниям, ну, то есть по нашим, Федора Осиповича видели живым и здоровым, после, по сведениям патологоанатома, он был уже мертв. У полиции под подозрением все, даже бедная Галина, которая сейчас в больнице.

Марина была командиром по жизни, возможно, не мужья у нее были плохие, а, скорее всего, именно из-за этого ее качества они и бежали от нее как от чумы. Сейчас в столь важный момент, когда она чувствовала себя выше всех этих успешных и напыщенных мужиков, прозвенел такой ненужный и отвлекающий от ее триумфа звонок.

– Да, – Карл взял трубку, – я вас слушаю.

– Это Клавдия Жукова, адрес сына у меня, – звонившая говорила коротко и по делу, будто боялась снова сболтнуть что-нибудь лишнее.

– Сбросьте мне в мессенджере, позже позвоню, – сказал Карл и положил трубку.

Тут же зазвонили одновременно телефоны у всех присутствующих, это были полицейские, приглашающие их завтра для дачи показаний в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

– Знаете, ребята, у Федора Осиповича есть сын, – сказал Карл, уже немного отойдя от новостей, – я адрес узнал, давайте завтра съездим к нему?

– Зачем? – не понял Филипп, у остальных тоже стоял этот вопрос в глазах, но они постеснялись это произнести, все-таки мы, русские, очень щепетильны в этих вопросах.