Полет над гнездом индюшки

– Ты даже не синий чулок, а черный, – злилась Неля, – пошла бы поиграла с друзьями, вон Маша какая веселая, задорная, любо-дорого посмотреть.

От этих слов Але просто делалось дурно, и она, глотая слезы, убегала к себе в спальню. Нет, мама, наверное, совсем ее не любит. Теперь же стало окончательно ясно: да, не любит, но Неля-то ей не мама.

Представляете, в каком настроении девочка вернулась в Ложкино? За ужином она не удержалась и спросила:

– Папа, у тебя есть сестра?

Повисло молчание, потом Родион уронил вилку, а Неля быстро сказала:

– Она умерла, очень давно.

– Как ее звали?

– Раиса, – ответил отец, – а почему ты интересуешься?

– Нас в школе просили изобразить свое генеалогическое древо, – вывернулась девочка, – вот я и вспомнила, вроде вы когда-то о какой-то Рае говорили…

Родя и Неля переглянулись.

– Рая умерла молодой, – пояснил папа, – от рака крови, лейкоз.

– Да, – кивнула Неля, – жаль, конечно…

Аля доела салат и ушла к себе. Вот ведь как перепугались, побледнели, задрожали и начали тут же врать! Значит, Раиса – ее мама.

Подросткам свойственны экстремальные поступки, неадекватные реакции и поспешные выводы. Алечка не являлась исключением.

Она стала потихоньку встречаться с Раисой. Женщина плакала от счастья, первый раз везя к себе домой дочку. И чем больше Алечка с ней общалась, тем ясней понимала: вот она, ее настоящая мама: любящая, спокойная, не делающая замечаний, не кричащая… А еще у Раи жили животные, столь ненавистные Неле. Понравился ей и Миша. Они с Алей были невероятно похожи: кудрявые, черноволосые, смуглые.

Миша все время кашлял, и у Али просто сердце разрывалось, когда брат валился на кровать в припадке. Раиса обожала сына, старалась баловать его как могла, даже разрешила парню сделать татушку на предплечье: пума, которая в одной лапе держит кинжал, а в другой диковинное растение."

"– Что?! – заорала я, вскакивая со стула.

– Не перебивай меня, – обозлился Дегтярев, – слушай спокойно!

Я плюхнулась на место, чувствуя, как противно трясутся ноги.

– Раиса неоднократно повторяла, – продолжил полковник, – что Мишу можно спасти, нужны деньги на операцию в Америке, миллион долларов.

И еще она очень просила Алю никому не рассказывать об их встречах.

– Родион просто убьет меня, – грустно говорила Раиса.

– Что же, нам всю жизнь прятаться? – возражала Аля.

– Подождем, пока тебе восемнадцать исполнится, – пояснила вновь обретенная мама, – станешь совсем взрослой и переедешь ко мне.

Мише между тем становилось все хуже, и Аля не выдержала.