Последняя из рода Гроз

Теперь я все больше склонялась к мысли, что ничего мне не показалось. Кто-то там жил, в иве у пруда. Надо будет вечером у дедушки узнать, что это за чудо-юдо.

Но не успела я придумать причину для отказа, как Елисей сам решил распрощаться:

– Удачной вам прогулки, а мне идти надо.

– А ну-ка постой. – Митя схватил друга за шкирку. – Ты мне что обещал?

– Ничего, – удивленно обернулся парень.

– То есть, я тебе что обещал? – исправился рыжий."

"– Что отстанешь от меня со своими дурацкими шуточками раз и навсегда, если я сегодня приду ее поздравить! – Елисей указал в мою сторону пальцем и выглядел при этом весьма враждебно. Мне почему-то представилось, что именно с таким выражением лица он мог бы кричать «Ведьма!» Нет, им точно нельзя знать, кем я вдруг оказалась.

– Послушайте, – вмешалась я. – Мне сегодня что-то нездоровится. К пруду я не пойду и, пожалуй, вообще никуда. А за поздравления спасибо. Еще увидимся.

Я им помахала на прощание и быстро скрылась в огороде за домом. При этом спиной чувствовала, что мальчишки стоят огорошенные, что один, что второй. Я обычно не отказывалась от прогулок, тем более в день рождения. Но сегодня гулять мне больше не хотелось. Может, потом, когда я во всем разберусь.

– Ель, вот зачем ты так? – упрекнул друга Митя. Я их хоть и не видела, но все еще слышала. – Смотри, обиделась из-за тебя.

– А я тут при чем? – возмутился Елисей. – Ты сам меня сюда притащил.

– Мог бы быть и подружелюбнее. Ох уж мне эта твоя любовь. Все только портит.

– Нет никакой любви.

– Ну да, ну да. Я вижу. Дурачье!

– Ай! Ты чего дерешься?

– Заслужил. Ха-ха! Не достанешь!

До меня донеслись звуки возни, но вскоре они стихли.

– Ладно, идем купаться, – чуть запыхавшись, сказал Митя. – Нечего тут торчать.

– Ага, – тяжело выдохнул Елисей, и они стали удаляться.

Остальное время до вечера я потратила на то, чтобы прополоть и полить кое-какие грядки, где еще не все выгорело, собрать яйца и покормить курей, да прибраться в сенях. В конце концов, когда солнце скрылось за верхушками деревьев, а я уставшая уселась на пороге, идти уже никуда не хотелось. Хотелось есть. Я вспомнила, что даже не позавтракала, потому что была слишком погружена в свои мысли.

– Пойдем. – Дедушка появился в сенях, с плеча у него свисала сумка-мешок.

У меня внутри все перевернулось. Уже? Так быстро? Может, не надо? От страха перед неизвестностью захотелось, чтобы все вернулось на круги своя. Учиться колдовать, скрываясь ото всех среди ночи, – не то, о чем я мечтала.

– А ужин? – попытала счастья я.

– Я взял твой каравай, по пути поешь. – Он обошел меня и выжидающе посмотрел. Судя по взгляду, мне ничего не оставалось, только идти. Но куда? Разве мы не будем учиться дома?

Я вздохнула и поднялась.