Последний попаданец 6

Мой удар отнял почти половину. Всё как в игре, но вот почему-то сердце мне подсказывает, что если в меня кто-нибудь чем-нибудь зарядит, никакой полоски надо мной мне будет.

Блин, точно! Занимаясь своими делами, я не заметил, что после залпа противниц и у моих двух лучниц здоровья поубавилось. Вот демон — читер!

Хорошо хоть его бойцы протупили и атаковали разные цели. Я такой ошибки не допущу!

— Лучники, фокус на раненой! — заорал я, надеясь, что подопечные примут подобную команду. — Копейщики, прикрывайте!

Приняли. И получилось очень удачно. В этой версии героев промахи не подразумевались, и все попали. И снесли у цели оставшиеся жизни.

Лучница вскрикнула, схватилась за грудь (хоть никаких стрел в её теле не осталось) и очень картинно, с величайшим страданием на лице, завалилась на землю, где ещё несколько секунд, в муках протягивая ко мне руки, умирала. Переигрывала, короче.

К слову, второй раз выстрелить эта противница так и не успела, а вот её ещё живая коллега жахнула по одной из моих. Туда же зарядил каким-то зелёным сгустком их маг. Я напрягся, но, по счастью, их совокупной ударной мощи не хватило, и немного красной полоски жизни у моей подопечной ещё осталось. Прям совсем чуть-чуть! Сука! А мой маг чем занимается? А! баффы кладёт. Ну и фиг с ним! Ему, наверное, виднее, да и не знаю я его возможностей.

— Фокус огня на втором стрелке! — крикнул я, но сам бить не стал, а вместо этого подлечил сильно раненную союзницу — не люблю, когда моя армия несёт потери, даже если она ненастоящая.

— У-и-и-и!!! — это с небес рухнул вражеский грифон и нехило так ушатал нашему, примерно на половину ХП. Наш устоял, а дальше замелькали когти, и во всё стороны полетели перья. При этом полоски жизни над мифическими существа стали стремительно укорачиваться. И наш, очевидно, должен был помереть значительно раньше. Ну нет!

Я превратился в человека и, перепрыгнув на соседнюю кочку, вышел на более удачную траекторию и активировал таран.

Во!!! Я применил это умение в первый раз с тех пор, как проапгрейдил щит, и одним ударом опустошил полосу жизни вражеского грифона.

Он отлетел, раскинул крылья, пронзительно застонал и тоже медленно, будто давя мне на жалость и совесть, начал умирать.

Но мне было плевать на его показушные страдания — я уже переключился на подбегающего копьеносца и швырнул в него огненный шар, а потом стеганул кнутом.

А волк мой где?

Я быстро окинул взглядом поле боя и не увидел призванного зверя, при этом внутренние ощущения подсказывали, что он ведёт активный бой.