Поздравляю,ты допрыгалась

Глупо просить у тебя ее руки, но мне бы хотелось, чтобы ты там сверху благословил наш союз» — я еще много о чем говорил с другом. Хотелось верить, что во Вселенной, есть другой мир, откуда за нами наблюдают наши родные. Слышал меня Саня или нет, я не знаю, но мне стало легче. С Ириной я надеялся увидеться в этом мире, поэтому к могиле даже не подходил.

Надеюсь, Лея меня простит…

Глава 49

Лея

Барс пошел на поправку. Для меня это стало уроком — надо беречь тех, кто нам дорого, относиться внимательнее друг к другу. Валида я видела нечасто, он все еще был слаб, часто придерживал руку, чтобы уменьшить боль в плече, но все равно отказывался лежать в постели.

Ссылаясь на то, что не видел полгода своих друзей и вел затворнически-монашеский образ жизни, теперь он наверстывал упущенное. Наверное, раньше бы меня это немного задело, но сейчас я была рада за друга. Все свое свободное время мне посвящал Самир. Наша любовь, будто расцвета и становилась сильнее. Страсть всегда была запредельной, будто дарованной свыше. Стоило Чеху меня коснуться, тело, словно начинало вибрировать и звенеть, как редкий музыкальный инструмент. И чем чаще мы занимались любовью, тем острее я ощущала его желание. Иногда одного взгляда за столом хватало, чтобы тело вспыхнула.

Олег до сих пор болел, но я прекрасно справлялась с готовкой. Мужчинам нравилось. А мне доставляло удовольствие радовать любимого, создавать тепло и уют в нашем доме. Конечно, я понимала, что впереди у нас будут еще трудности и испытания, мы только начинаем узнавать друг друга, но была уверенность, что со всем справимся. А наш медовый месяц затянется еще не на один десяток лет.

Сегодня Самир куда-то улетает. Я очень старалась не поддаваться обиде, ведь он не говорит, зачем ему нужно в Краснодар.

 Если по работе, то почему бы не сказать? Что такого секретного находится в Краснодарском крае? Успокаивает, что он обещал рассказать, как только вернется, но все равно секретность напрягала. Скрытность я связывала только с возможной опасностью. Самир не хочет меня волновать, поэтому и молчит, но мне-то от этого не легче.

С утра я была на взводе. Омлет сгорел. Ноготь сломала. Палец порезала. Не хотелось мне отпускать Самира, но разве такого мужчину удержишь дома? Я же понимала, что его жизнь — постоянный риск.

Сейчас я очень хорошо понимала свою маму, как же ей каждый раз тяжело было отпускать папу в командировки. Ждать, находиться в неведении, сходить с ума от беспокойства.

— Лея, что происходит? — я носилась по кухне и не знала, куда деть пригоревший омлет. Самир забрал у меня сковороду и бросил в раковину. Я еще не привыкла к таким ситуациям, объясняла себе панику. Возможно, со временем научусь спокойно к этому относиться.

— Не знаю, — говорить о своих переживаниях не хотелось.