Пожнешь бурю

Мереуин кивнула, и Джеки, взяв лошадь под уздцы, повел ее к церкви, стоявшей на небольшом холме неподалеку от кузницы. Церковное здание, выстроенное из камня и бревен, со всех сторон было окружено деревьями и кустами. Неподалеку находилось кладбище. Джеки торжественно распахнул маленькие железные воротца и пропустил Мереуин вперед.

– Я быстро, – пообещал он, привязывая лошадь к столбу, и исчез в зарослях.

Мереуин, начинавшая нервничать, ходила между могилами, читая выбитые на памятниках имена и даты. Имена ничего не говорили ей, и она решила поискать фамильный склеп Вильерсов, но так и не найдя его, подумала что семейная усыпальница скорее, всего находится в Равенслее возле небольшой норманнской церкви.

Солнце уже поднялось высоко, становилось жарко. Мереуин почувствовала усталость и присела на мраморную скамью в тени развесистого дуба. Обмахиваясь перчатками, она закрыла глаза, от всей души желая, чтобы страшный разговор был уже позади. Через несколько минут звуки голосов вывели ее из задумчивости. Она открыла глаза и увидела входящего в ворота Джеки в сопровождении мужчины, в котором Мереуин безошибочно узнала Уильяма Роулингса. Он был одет в алый камзол, штаны – из оленьей шкуры, черные до блеска начищенные сапоги, на макушке тщательно причесанного парика сидела треуголка.

Прислушиваясь к глухим ударам своего сердца, Мереуин быстро поднялась на ноги, нервно облизала пересохшие губы, изо всех сил стараясь держать себя в руках, – Уильям бросил Джеки несколько отрывистых слов, и тот мгновенно исчез. Роулингс направился к Мереуин с любезней улыбкой на устах.

– Моя дорогая мисс Макэйлис, – проговорил Уильям, останавливаясь перед ней, – должен признаться, я изумился, увидев Джеки в столь ранний час. – Он взял ее руку и поднес к губам.

Мереуин, с трудом скрывая отвращение, улыбнулась и осторожно высвободила руку.

– Я теперь леди Монтегю, – холодно уведомила она.

Он посмотрел ей в глаза:

– Знаю. Джеки назвал вас «ее милость», и я, естественно, предположил, что худшее уже свершилось.

Он послал ей самую обезоруживающую из своих улыбок, жадно ощупывая глазами тоненькую фигурку в светло-коричневой амазонке. В душе Уильям, был потрясен известием о замужестве Мереуин, но, тем не менее, преисполнился решимости преодолеть это небольшое препятствие. В конце концов, она сама обратилась, к нему за помощью, брак же в наше время можно в любой момент аннулировать, если не бояться публичного скандала."

"– Может, присядем? – пригласил он, указывая на скамью, с которой только что поднялась Мереуин.

– Предпочитаю постоять, – твердо отказалась она решив, что должна взять дело в свои руки, иначе все пропало. – Думаю, мы быстро покончим с этим делом сэр.