Право на месть

Им занимается специальная комиссия.

— И что? Он все равно глава отдела контроля магии и ваш непосредственный начальник.

— Арн Шентия со вчерашнего дня делегировал руководство отделом мне.

Это еще почему? Не важно…

— Просто свяжитесь с ним и доложите о ситуации.

— Я не могу этого сделать.

— ?..

— Арн Шентия отбыл с миссией по поручению императора.

— Куда?

— Не имею полномочий отвечать. Государственная тайна."

"— О боги, как с печатной машинкой разговариваю… У вас же есть артефакты связи или пошлите к нему человека порталом! И все решится еще до того, как закончится этот гроршев дождь…

Форинг Нааратис покачал головой.

— Боюсь, там не действует ни связь, ни порталы.

— Да где такое место может быть? — не выдержала я этого бездействия. — На Изнанке, что-ли?

— Госпожа Рен, я должен проводить Вас в Академию. Иначе буду вынужден применить силу.

Виски уже ломило от нереальности происходящего. Все логические доводы исчерпаны, обстоятельства сошлись каким-то самым дурным образом, а где-то за углом подстерегает «выдуманный» убийца. Полагаю, в портал он убег не от нас троих, а сообразив, что маячки боевиков приведут подмогу.

— Госпожа Рен, мы переправим вас всех обратно в Академию порталом. Чтобы его создать, я должен деактивировать артефакт с антарином. Прежде, чем я это сделаю, пожалуйста, протяните руки.

Я послушно подставила их под другой артефакт — знакомую продолговатую плашку из черного мрамора. Вот уж не думала, что увижу когда-нибудь кандалы Тротта на себе снова.

Глава 12

Свободное время

Ограничивать четырьмя стенами не стали, мне позволялось свободно перемещаться в пределах Академии. О занятиях, разумеется, речи не шло. Заблокирована магия, заблокирован дар. Можно книжки читать. Можно не читать. Сиди в комнате, плюй в потолок, или слоняйся по территории — в общем, развлекайся не хочу.

Будто мало было кандалов Тротта, пусть и невидимых, неосязаемых, теперь за мной еще неотвязно следовал конвой из двух магов-боевиков. И мне было настоятельно рекомендовано не вступать в контакты с учащимися.

О том, что во мне подозревают «несущую смерть», уже было известно всем. Многие, как оказалось, сами подписались под заявлением. А с чьей подачи раскрутилась эта идея — нетрудно догадаться. Когда я прохлопала эти настроения? Кажется, знаю. Когда увлеклась сомнологией и постоянно вытаскивала Тьму наружу в самых неподходящих местах, чтобы отличить явь от грезы. Когда перешла на индивидуальное обучение и обособилась от остальных студентов.