Приказ – огонь на поражение

Представьте себе двух военных придурков, невесть откуда вылезших средь бела дня, без какого-либо прикрытия… Гуляют себе этак беззаботно по вражьему селу и вдобавок волокут что-то такое непонятное…

– Веселее, Вася! – Я втягивал голову в плечи, ежесекундно ожидая выстрела, и стоически игнорировал десятки пристальных взглядов – почти у каждой второй калитки торчали деды, дети, дамы чеченские. – Мы тут гуляем мал-мал, не делай такое серьёзное лицо! Ты же чеченский озорной гуляка, улыбайся! Рассказывай что-нибудь, ручкой помахивай…

– Больше всего сейчас хочется упасть и заползти в канаву, – пожаловался Вася, кривя личико в вымученной страдальческой улыбке и помахивая свободной рукой. – Затылком чую, смотрят на меня сквозь прицел! Пешком, в полный рост, в снайперских секторах… Ну, это вообще жопа…

– Салам, аксакал! – Мы добрались до первого переулка и прошли мимо первого деда, сидящего у калитки.

Дед крякнул, покачал головой и ничего не сказал. Наверно, так и не понял, в чём тут прикол.

Немного отпустило: всё-таки среди строений, если с первого выстрела не снимут, есть где укрыться.

– А ты обратил внимание, Вася, – в нас не стреляют?

– Не, не обратил… Но точно – не стреляют. Если мы ещё дотопаем до калитки Руслана…

Мы таки дотопали. Бросили мешок наземь, показательно потрясли кистями рук – тяжела ты, блин, ноша непонятная! Я вежливо постучал в калитку и шёпотом предупредил:

– Вася, я очень прошу – не хватайся сразу за ствол! Веди себя как можно беспечнее. Ствол – только по моей команде…

– Понял, – кивнул Вася, в скрюченных пальцах рук которого легко угадывалась тоска по оружейному металлу. – Понял…

Калитка распахнулась – возник тот самый аксакал, который первым обнимал прибывшего Руслана. Видимо, отец.

– Маршалла ду хьога! – Я с чувством выдал на-гора весь свой запас. – Вогха стаг могушалла муха ю хьян?

– Дукха вехийла хье, – несколько озадаченно пробормотал аксакал. – Нохчо ву? Хье мичах вехаш ву?

– Мы к Руслану. – На этом мой запас и кончился. – От Абая.

– От Абая?!

В тоне аксакала сквозило недоумение. Типа – такие босяки, вовсе не нохчо, и от Абая?

– Да, от Абая. – Я очень дружелюбно улыбнулся, махнул рукой куда-то за околицу и ткнул пальцем в наш многозначительный мешок. – Он сейчас очень занят, подойти не может. Вот, просил передать…

– Щто это? – Мешок, как и следовало ожидать, аксакала заинтриговал.

– Он сказал – Рустик знает, – фамильярно подмигнул я. – Вы позволите зайти или нам тут подождать?

– Захады. – Аксакал посторонился, пропуская нас во двор, и закрыл калитку.

Вот так всё просто, дорогие мои. Уфф! Мы на месте. Живы, здоровы, с оружием и вне снайперских секторов. Просторный двор усадьбы Балаевых, как водится, почти на две трети площади перекрыт шифером.