Принцесса на Кириешках

– Голова? Сердце? Желудок? Ну отзовись!!!

Светлана не издала ни звука, она не слышала и не видела меня.

Я схватилась за телефон и набрала «03».

– «Скорая», слушаю.

– Женщине плохо, она, похоже, без сознания.

– Возраст?

Вот уж кретинский вопрос. Какая разница, сколько лет тому, кто занедужил? Или они выезжают только к молодым? А всем, кому исполнилось пятьдесят, следует накрываться белой простыней и ползти на кладбище?

– Двадцать пять, – брякнула я.

– Адрес?

– …э… э… поселок… по Новорижской трассе… примерно…

– Уточните адрес, тогда и вызывайте машину, – рявкнула диспетчер, – а если еще станете хулиганить, передадим данные в милицию.

Не чуя под собой ног, я понеслась в бывшую гостиную и заорала:

– Лев Яковлевич! Проснитесь! Скорей!

Ученый резко сел, потом снова свалился в подушки.

– Что случилось? Орда город берет? Нас хотят взять в плен?

Если бы не ситуация со Светланой, я бы не преминула захихикать. Надо же, до такой степени выпасть из реальности! Но сейчас мне было не до смеха.

– Скажите скорей адрес!

– Чей?

– Этого дома!

Лев Яковлевич поморгал, потом нахмурился:

– Марфа! По всем вопросам, связанным с хозяйством, следует обращаться к этой… как ее… ну… э… да! Асе Михайловне! И еще! Имейте в виду, Марфа, никогда, ни при каких обстоятельствах не смейте входить в мои покои без приглашения.

Я выскочила в прихожую, сдернула с крючка чью-то куртку, выбежала во двор и понеслась по направлению к сгоревшему дому Курочкорябских – скорей всего, Ася там, выносит уцелевшие вещи.

Очутившись около здания, я заорала:

– Ася!

Из разбитого окна выглянула баба в телогрейке.

– Хто? – спросила она.

– Где Ася?

– Хто?

– Хозяйка.

– Ах Михална?! Ща покличу.

Бабища обернулась и завизжала, как бензопила:

– Таньк, Михалну пошукай, пришли до ей!

– Ща, – донеслось изнутри. – Машк, где Михална?

– Тута нету.

– Валька, Михална у тя?

Меня стала отпускать тошнота, похоже, на пожарище работает неисчислимая куча народа. Внезапно из обгоревшего дверного проема показалась Ася, голова завязана простой серой косынкой, сама в черной куртке.

– Что-то со Львом Яковлевичем? – нервно спросила она.

– Нет, Светлане очень плохо, она без сознания!

– Бегу! – выкрикнула Ася.

"В кратчайший срок мы преодолели обратный путь. Следует отметить, что Ася проявила себя с лучшей стороны. Бросив беглый взгляд на вдову сына, она схватила телефон. Я сгоняла в кладовку, притащила совок, веник и стала аккуратно складывать в помойное ведро осколки вазы. Мелкие куски не хотели заметаться, пришлось брать их руками.

– Разве можно возиться в грязи без перчаток? – укорила меня казавшаяся спокойной Ася. – Ну-ка, унеси это ведро и вымой руки.