Принцесса на Кириешках

В вашей же семье, похоже, лямку тянет один отец. Конечно, на первый взгляд Лев Яковлевич выглядит немного капризным, но курице, которая несет золотые яйца, позволительно…

– Ну я офигиваю! – подскочила Оля. – Это тебе мама в уши надудела? Да все не так. Мы пашем, словно лошади: я, Ася. Только Света и папашка ни черта не делают. Одна «болеет», другой ваньку валяет.

Я заморгала:

– Ася работает?"

"– Да она нарасхват, по книге в месяц переводит, иногда по две. Ей отлично платят.

– Но когда же она успевает?

– Встает в пять, – пояснила Оля, – вон вчера папашку полночи устраивала, хохлов наняла мебель таскать, а в пять работать села…

– Оленька, – раздался из коридора голос Аси, – там бабы притащили вещи, которые уцелели, пойди глянь, можно что-то еще использовать или выбросить все разом?

Ольга быстро схватила меня за руку:

– Разболталась я, ты быстренько наш разговор из головы выкинь.

– Не волнуйся, я как Рейчел, никогда не выдаю чужих тайн, – шепотом ответила я.

– Это правильно, – кивнула Оля, направляясь к двери. – Те, кто слишком много чешет языком, как правило, быстро умирают. Продолжительность жизни напрямую зависит от умения держать единственный орган, в котором отсутствует кость, за зубами.

Я посмотрела вслед дочери Аси: она что, мне угрожает? Или просто по привычке ляпнула грубость? Ладно, в конце концов, нам постоянно не жить вместе с этой малопривлекательной особой. Надо потерпеть ее всего несколько месяцев, пока Курочкорябские сделают ремонт, похоже, их особняк пострадал не радикально. Мне же нужно заниматься поисками убийцы Васи, и первая кандидатура на эту роль уже наметилась: Неля Смешкина.

Узнать адрес городской квартиры у Аси оказалось очень легко.

Испытывая некое неудобство от того, что приходится дурить голову хорошему человеку, я в два счета выяснила, что апартаменты расположены в самом центре, недалеко от метро «Павелецкая». Быстро воскликнув: «О господи, мне же на эфир пора!» – я поспешила к своей машине.

Кстати, я вовсе даже не соврала, мне и впрямь предстояло ехать на работу, но позднее, моя передача на «Бум» стартует в 21.00.

Выйдя на проспект около большого здания из светлого кирпича, я сразу поняла, отчего Курочкорябские предпочитают постоянно жить в поселке.

Даже сейчас, в самом начале апреля, когда еще прохладно, а кое-где лежат остатки сугробов, здесь, в центре, нечем дышать. Да и шумно сверх меры. Чуть левее клокочет Павелецкий вокзал, совсем рядом высится гигантское здание, напичканное учреждениями, машину припарковать негде. Впрочем, наверное, жильцы въезжают во двор, но арка блокирована шлагбаумом, а на все мои просьбы секьюрити ледяным тоном отвечал:

– Впускаем лишь по списку.

– Я иду в сорок вторую квартиру.

– Прописаны постоянно?

– Да, – лихо соврала я.