Принцесса на Кириешках

Поняв, в чем дело, Ася разозлилась: конечно, она добрая женщина, охотно помогающая людям, но не идиотка же!

– Нет, – решительно сказала Ася, – ни о каких ежемесячных платежах и речи быть не может. Впрочем, я готова откупиться."

"Начался торг. В конце концов в карман Надежды перекочевала довольно крупная сумма, взамен Вася должен был получить свободу. Но шли дни, а Нина все никак не могла пойти в загс. Адвокат, который имел на руках нотариально заверенное согласие Васи на развод, постоянно слышал от супруги клиента:

– Я больна, недели через три оклемаюсь.

Или:

– Ой, а меня в Москве нет, нахожусь во Владивостоке, у родственников.

Вернусь спустя месяц.

В конце концов даже у Аси лопнуло терпение, и она позвонила невестке.

– Мы же договорились! – воскликнула Курочкорябская. – Деньги вы взяли!

Но Нина сразу перебила свекровь и объяснила ей, что сумма откупных мала, ее следует увеличить по крайней мере вдвое, а еще лучше – втрое.

Ася зарыдала, прибежала Оля, естественно, мать рассказала дочери о наглых притязаниях Нины.

Через неделю адвокат отправился к Надежде, чтобы еще раз попытаться побеседовать с нахалкой.

Дверь в квартиру оказалась опечатанной, а соседи рассказали ему, что сначала умерла Надежда, а потом и Нина. У женщин очень болели животы, их тошнило. Нина успела рассказать врачам, что накануне они с матерью открыли банку с домашней тушенкой. Очевидно, консервы были заражены ботулизмом.

Вот так Вася стал свободным мужчиной.

Таня глянула на меня:

– Ну и как вам эта история?

Я пожала плечами:

– Многократно читала о том, что домашнее консервирование способно нанести вред здоровью. Даже в тех банках, которые закатывают на заводах, и то встречаются всякие бактерии и микробы.

Чего же ждать от мяса, приготовленного на обычной кухне? На мой взгляд, курятину, свинину, грибы очень опасно хранить в кладовке. Ладно, овощи с фруктами, всякие там огурцы, помидоры, сладкие перцы… Хотя и ими можно запросто отравиться.

– Это Оля убила Нину, – мрачно заявила Таня и принялась мять в руках край старой, потертой клеенки, которой был покрыт колченогий стол.

Я замахала руками:

– Не говори ерунду.

– Да, именно она! Знаете, чем Оля занимается?

– Ну… вроде химиком работает.

– Ага, – кивнула Таня, – в клизме.

– Где?

– В Институте разработки новых лекарств и методов лечения[4]. Ясно теперь?

– Ну…

– Вот тебе и «ну», – вздохнула Таня, – она знает всякие яды, может их достать.

– А что сказала милиция по поводу смерти Нины и ее матери?

Таня отмахнулась:

– Отравление домашними консервами. Ася, когда о смерти «родственников» узнала, мигом бешеную активность развила. Небось заплатила кому надо, вот дело и прикрыли.

– Думается, Ася не такая, – пробормотала я.