Призрачный зов

Он схватил меня за шкирку и удержал от падения. Затем взял в руки оба зеркала и с силой впечатал их в полок, разбивая. Пламя свечи дернулось и вдруг замерло, перестало колыхаться и потрескивать. Внутри бани и снаружи все замолкло. Наступила тишина.

Глава 17

Сон в руку

Из бани мы неслись сломя голову. Я не оглядывался по сторонам, боясь увидеть в закоулках двора какого-нибудь монстра. Наступила тишина, мы решили, что можно убираться, и сделали это, несмотря на риск.

Обсуждать ничего не стали. Я быстро распрощался с ребятами и зашел в дом. Парни пообещали проводить Зою до ее дома, и, хоть мне было стыдно, что я не присоединился, страх позволил закрыть на это глаза. Но, засыпая, я думал, что в прошлый раз нечто убило Карасева после того, как чуть до смерти не довело меня. Вдруг ребята прямо сейчас в опасности, а я, вместо того чтобы противостоять чертовщине вместе с ними, лежу в теплой кровати?"

"Сон долго не шел. Я переживал за жизни друзей и прокручивал в уме наш неудавшийся спиритический сеанс. Что, если тот, кого я увидел в отражении, теперь навсегда поселился в бане и нам с бабушкой небезопасно пользоваться ею? Кого я увидел и почему не запомнил ни одной черты этого призрачного лица?

Я мучился от бессилия, отчаяние захлестывало меня всего без остатка. В конце концов постарался выкинуть все мысли из головы, чтобы заснуть, и через какое-то время наконец стал проваливаться в сон.

Образы, которые генерировал мой мозг, были расплывчатыми, но пугающими. Я от кого-то бежал, с кем-то сражался. Водоворот событий закручивал меня и молотил, словно прогоняя через зернодробилку. Кошмары шли один за другим, и, казалось, им нет конца и края. Но даже в этой ярмарке ужасов я смог забыться и заснуть настолько, чтобы не осознавать, кем являюсь.

Косил Ясь конюшину, косил Ясь конюшину,Косил Ясь конюшину, поглядал на дивчину.А дивчина жито жала, а дивчина жито жала,А дивчина жито жала и на Яся поглядала.Иди, Яся, ко мне, иди, Яся, ко мне,Иди, Яся, ко мне, полюбился ты мне[2].Резвый паренек сидел на перилах крыльца и махал свисающей ногой. Кудрявый, как болонка, в рубашке с коротким рукавом цвета кофе с молоком и горчичных брюках. Он пел громко, вбирая в грудную клетку много воздуха, широко разводил руками. Озорная улыбка не сходила с его лица.

Кинул Яська косить, кинул Яська косить,Кинул Яська косить, пошел мамку просить.Любо, мамка моя, любо, мамка моя,Любо, мамка моя, пожени ж ты меня…– Эй! – позвал я паренька, прерывая пение. – Ты кто?

Незнакомец умолк, взглянул на меня и улыбнулся. Спрыгнул с перил и в два шага подошел ко мне. Высокий и плечистый, словно культурист. От его напора я отступил на пару шагов.

– Ну наконец-то достучался! – весело воскликнул он. – Знал бы ты, чего мне это стоило! Вы, ребята, непробиваемые.