Призрачный зов

Подумал о том, что деменция – страшная штука… Человек вроде жив, и в то же время его уже нет.

Пока я размышлял, дедушка Кики отвернулся от меня и пошел куда-то, все так же хлопая в ладоши и приговаривая:

Две сестрички взяли спички,Подожгли свой дом лисички.Стали плакать и кричать,Маму слезно стали звать.Мимо котик шел Семен,На их зов явился он.Тех сестричек он сберег,А себя спасти не смог.– Дед!

Кики выбежал со двора и быстро подошел к старику. Взял его под руку и стал уговаривать зайти в дом:

– Ну пошли, мама кашу сварила. Ты же так любишь манную кашу.

– Каша, каша, – проворчал старик, сильно нахмурившись, потом топнул ногой и снова повторил: – Каша, каша.

– Сейчас вернусь, парни.

Кики с дедом скрылись за воротами, мы с Рыжим остались вдвоем. Друг нервничал, до крови расковырял губу, а я вдруг начал повторять стих, который только что услышал:

– Две сестрички взяли спички, Подожгли свой дом лисички. Стали плакать и кричать, Маму слезно стали звать.

Рыжий усмехнулся.

– Я про лисичек немного другое стихотворение знаю… И я не о том, что Чуковский написал.

Я хохотнул, поняв, о каком произведении речь. Но мне сразу расхотелось улыбаться, когда проговорил про себя вторую половину стихотворения. Аж бросило в жар.

– Мимо котик шел Семен, На их зов явился он, – на одном дыхании проговорил я. – Тех сестричек он сберег, А себя спасти не смог.

Рыжий нахмурился, уставившись на меня.

– Стих-то о Семене, похоже, – ахнул я.

– О том самом?

– А ты много Семенов, связанных с пожаром, знаешь?

Рыжий пожал плечами, а я шумно сглотнул. Неужели нам удалось узнать, как именно ушел из жизни наш главный козырь, благодаря которому мы получили столько подсказок?

Глава 26

Фарфоровые ручки

– Это дед мой стих рассказал? – удивился Кики. – Ни разу от него ничего подобного не слышал… Он по большей части ворчит.

Кики все никак не мог поверить в то, что его дед – стихоплет, но это действительно выглядело странно. Хотя в Вороньем Гнезде подобная странность была в порядке нормы. Я подумал о первой семье, жившей в сгоревшем доме. У жильцов было двое детей – девочки-погодки, они играли со спичками и подожгли дом. Их крики услышал Семен и спас девочек ценой собственной жизни.

– Это так похоже на Семена… – задумчиво пробормотал я.

– Жаль его, но что было, то прошло, – вздохнул Рыжий в ответ.

Моя догадка о Семене не сбила его с намеченного плана, он так же настойчиво рвался к Плотинке. Пришлось смириться и идти с ним.

Чем больше мы приближались к реке, тем тревожнее мне становилось. Я сам неоднократно туда ходил и даже разговаривал с мертвячкой, но сейчас, когда мы действительно могли встретить ее, жутко трусил.

– Снова у нас все через одно место, – ворчал я.