Призрачный зов

Отвечать уже не мог, терялся в зыбком чувстве накатывающей дремы и не ощущал своего тела. Но горячие губы Зои на своих губах ощутил в полной мере… Это нежное прикосновение лучше всяких уговоров смогло вернуть меня в реальность, сбило дыхание и в то же время позволило дышать.

Я так долго грезил об этом поцелуе, но никак не ожидал, что он случится при таких обстоятельствах. Зоя медленно отстранилась от меня, и наши взгляды встретились. Щеки ее запылали, она сказала тихо, почти беззвучно:

– Где-то слышала, если человек не может успокоиться, нужно, чтобы он задержал дыхание…

Я все же смог улыбнуться. Мысленно поблагодарил девушку, что она выбрала именно такой способ, чтобы меня успокоить, и затем уже сам поцеловал Зою.

Глава 28

Навсегда невеста"

"Зоя вывела меня в сад, к бочке с водой, и стала поливать мне на голову из лейки. Вода смешивалась с грязью, затекала за ворот пропитанной болотной жижей футболки.

Когда я полностью пришел в себя и стал более-менее чистым, снял футболку и хорошенько выжал ее. Благодаря бабушкиным обедам я немного поднабрал в весе, а благодаря вечной беготне в Гнезде и колке дров вес ушел в мышцы, так что я был не против похвастать перед девушкой бицепсами. Тем более после нашего поцелуя. Точнее, двух поцелуев…

– Мы поговорим об этом?

– О… чем? – запнулась Зоя и покраснела.

Мне нравилось, как ее щеки заливала краска. Это вселяло надежду на то, что я симпатичен Зое.

– О твоей помощи мне, – усмехнулся и тоже, видимо, покрылся румянцем, потому что почувствовал, как горит кожа на лице.

– Я…

Зоя не успела ничего сказать, потому что к нам пожаловали гости. И не абы кто, а Толстый собственной персоной в сопровождении Глеба. При виде недруга у меня снова разболелась голова, а в груди начало печь от гнева. Глаза застилала пелена, и я машинально сделал несколько широких шагов навстречу Толстому, занося кулак.

Первый удар пришелся Толстому аккурат в нос. Кровь хлынула бурным потоком, но я, не обратив на это внимания, снова ударил. Я бил так быстро, что даже не замечал, что происходит вокруг меня. Лишь спустя некоторое время понял, что меня пытается удержать Глеб, а Толстый уже стоит на коленях и тихо плачет. Он ни разу не поднял на меня руку, не защищался от моих ударов, но от этого я только больше злился.

Глеб скрутил мне руки за спиной, не давая нападать на Толстого, тогда я размахнулся и пнул недруга ногой прямо в лицо. Чтобы Толстый понял, насколько я его ненавижу, чтобы ему тоже было больно и чтобы мне стало легче. Но легче не становилось.

– Почему ты здесь? Какого черта еще тебе надо?!

– Успокойся, Слав! – рыкнул на ухо Глеб все еще скрипучим из-за удавки голосом.

– Успокоиться? – еще больше взбесился я.