Призрак музыки

Я верю своему мужу, и, если он говорит, что между ними ничего нет, значит, так оно и есть. Хватит об этом, Паша. Давай делом заниматься.

– Да какое тут может быть дело! – возмущенно воскликнул Павел. – Разве можно работать, когда тут такое…

– Какое «такое», Паша? Не устраивай трагедию на ровном месте. Скоро приедет Чистяков, он просил, чтобы ты его дождался. Хочешь еще чаю?

– Хочу. А бутерброд у тебя найдется?

– Поищем. – Настя слабо улыбнулась. – Я тоже есть захотела. Наверное, это на нервной почве.

В холодильнике оказалось достаточно продуктов, предусмотрительный Чистяков, оставляя Настю на несколько дней, сделал необходимые запасы.

Они приготовили бутерброды с сыром, ветчиной и копченой лососиной, помыли и порезали огурцы. Аппетит у Дюжина был отменный, и он с удовольствием прикончил почти все, потому что Насте кусок в горло не лез.

– Слушай, а ты не боялась, когда звонила мужу, что он все подтвердит?

– Боялась, – призналась Настя.

– Тогда зачем звонила?

– Чтобы узнать сразу.

– А вдруг он врет? Ты же все равно ничего не узнала. Мало ли что он сказал.

– Паша, когда-то я имела дело с одним человеком… Знаешь, смешно, но его тоже звали Павлом.

Правда, он был не сотрудником нашего министерства, а уголовником. Так вот, у меня с ним зашел разговор о том, как отличить правду от лжи. Неважно, правду говорит человек или нет, важно, какие именно слова он считает нужным сказать в каждый данный момент. Его решение сказать то или иное продиктовано определенными побуждениями, так вот эти самые побуждения и есть правда. Понимаешь?

– Больно заумно, – недовольно пробормотал Дюжин с набитым ртом.

– Да нет, если вдуматься, то все предельно просто.

Я спрашиваю у мужа, кто такая Юля. И даю ему возможность начать тот разговор, который он сам начать не может в силу слабости характера. Если, конечно, допустить, что между ними действительно серьезные отношения и он действительно хочет уйти от меня. Если же отношения какие-то есть, но разводиться со мной он не хочет, он поведет себя так, как и повел, то есть будет меня уверять, что все это ерунда и яйца выеденного не стоит. Выяснить, каковы на самом деле его отношения с Юлей, я не смогу никогда, но я и не уверена, что стремлюсь к этому. Но одно я выяснила точно: он не ухватился за возможность признаться во всем и заявить о своем намерении развестись со мной, значит, он дорожит нашим браком и нашими отношениями. Вот это я теперь знаю совершенно точно. Вот это и есть правда. Понял теперь?

– Понял. Я бы так не смог.

– Ты просто не пробовал. Разве ты никогда никого не ревновал?

– Не-а! – почему-то радостно сообщил Павел. – Меня девушки пока еще ни разу не бросали.

– А что, ты всегда первым успевал?"

"– Ага.