Проданная невеста

— Кроме тебя, — ответил Руслан.

Я поняла, что он еще не верит Зверю. Верила ли ему я?

Пожалуй, да.

И дело не в каких-то фактах. Я помню выражение лица, когда он выпрямился, доставав недоношенного у меня между ног. Я помню его шок и ошеломление.

— Ник, ты… Если и меня выкинешь из расписания, из реанимации вылезать не будешь.

— Переживу, — Руслан дал понять, как ему важен наш ребенок. — Что слышно из клуба?

— Все, кто были на смене в кухне, задержаны, — сказал Зверь. — Ждут тебя. Я могу сам их допросить.

Я приоткрыла глаза.

Лицо Руслана было непередаваемым. Как любой мужчина, он хотел активных действий, а здесь он был бесполезен.

В реанимации можно делать две вещи: ждать и молиться.

— Поедем, когда закончу, — решил он. — А теперь оставь нас, дай поговорить нам с Лили.

Когда Зверь вышел, Руслан провел ладонью по моей щеке. Не говоря ни слова, вопреки намерениям.

— Спасибо, что справилась…

Я усмехнулась. Это не я справилась, а Зверь. Я как раз половину времени не понимала, что происходит, вторую половину — паниковала и мучилась.

— Вряд ли это можно назвать справилась…

Справилась — это если бы смогла носить дальше.

И не ела роковой завтрак из «Авалона».

— Ты очень сильная, Лили. А я должен перед тобой извиниться. Ты как будто чувствовала, что я не должен уезжать. Я вел себя неправильно.

Раньше мне бы это польстило: сам Руслан признал, что не прав, и извинился. Теперь было просто все равно.

— Я написал Нику, он скоро приедет и побудет с тобой и с ребенком. Мне нужно отлучиться.

— В «Авалон»? Будешь их допрашивать?

— Да.

— Думаешь… Это мой отец сделал?

Я знала, что он не просто мудак, а настоящий демон, и все равно это не укладывалось в голове.

Это его внук, первый, единственный. Долгожданный мальчик — такой редкий в семье. Да, конечно, пол ребенка он не знал, но…

— Я не знаю, Лили.

Я удивилась тону: у него явно еще были подозреваемые. Но мне все равно ничего не скажут.

— Прошу тебя, когда разберешься в клубе… Обязательно скажи мне, кто подсыпал мне эту дрянь, ладно? Пообещай.

Я, бледная и печальная, выглядела слишком несчастной. Даже глубоко больной.

— Обещаю, — он поцеловал меня в лоб на прощание.

Глава 25

Ник занял место в изголовье, где до него сидел Зверь.

Не знаю, как меня защитит мальчишка, которому едва восемнадцать исполнилось, стройный, как щепка, еще и глухонемой, от могущественных врагов Руслана, но хотя бы не предаст, это точно.

"

"— Ник, — по привычке позвала я, не сразу сообразив, что он меня не слышит и не видит лица, а следовательно и не знает, что я зову.

Я прикоснулась к его плечу, он поднял голову и кивнул.

— Что происходит в клубе? — по слогам и с четкой артикуляцией произнесла я.

Он понял, и начал набирать ответ в телефоне. Почти все время он сидел, уткнувшись в него.