Проданная невеста

— Ему нужно дать имя, — прошептала я.

— Хорошо, — Руслан наклонился, и я ощутила горячий шепот рядом с ухом. — Как ты хочешь назвать?

Во время беременности я выбирала имена. Ни на одном так и не остановилась — казалось, времени еще много. А теперь они все не подходили новорожденному. После родов все поблекли.

Если бы все прошло хорошо, я бы остановилась на одном из красивых имен из книжки. Но теперь ребенку нужно новое имя.

— А как ты хочешь назвать?

По долгому молчанию я поняла, что и Руслан об этом не думал.

Произошедшее выбило нас из колеи полностью. Нам было не до этого.

Поэтому наш сын лежит в инкубаторе безымянным.

— Ты его родила, так что называть тебе, — прошептал он. — Придумай имя до вечера.

— Почему до вечера?

— Я хочу перевезти его.

— Зачем? — я привстала, чтобы его видеть. — Врач сказала, пока нельзя!

— Знаю, ложись, Лили… — он попытался уложить меня в постель, как я и лежала. И продолжил, когда это не удалось. — Я не доверяю персоналу. На вертолете его перевезут в частную клинику со специальным уходом. Я бы забрал его домой, но не успел оборудовать палату. Нужно убрать отсюда сына.

— Думаешь его могут убить здесь?

— Эй, не нужно переживать, Лили.

Его охраняют. Я просто не хочу рисковать. Одна вероятность, что до него могут добраться сводит меня с ума. Я не могу спать. Чувствую себя открытым к любым атакам, практически беззащитным. Я давно себя так не чувствовал, Лили…

Я легла и зажмурилась.

Мне было страшно: страшно трогать малыша, и так же страшно оставлять здесь. Пат. Отсутствие выхода, и это меня парализовало.

Это всех нас ослабило.

Не только меня, но и его. Показало нашу беззащитность на самом деле. Не смогли добраться до Руслана или меня — и ударили по самому слабому месту.

Какой удивительно тонкий и жестокий расчет.

Я понимала, что Руслан хочет спрятать ребенка. Это инстинкт, тем более, когда кругом опасность. Сосредоточенная на своих ощущениях, я не замечала, что происходит с ним. Он не спит — и это не фигура речи. Мои роды стали шоком не только для меня и Зверя — для Руслана тоже. Страшным ударом, если впервые за жизнь он почувствовал свою слабость.

— Это хорошая клиника? — спросила я.

— Да, все будет нормально, Лили. Ребенка перевезет специальная бригада.

А когда я разверну палату и подберу персонал, мы заберем его домой.

Я вспомнила историю мамы.

Для нее отец тоже сделал палату, и я появилась на свет в его резиденции в условиях абсолютной секретности. От меня потом избавились, как от недостаточно породистого щенка. Но наш сын поедет к нам, как величайшая ценность. Уверена, Руслан не рискнет им понапрасну. Все будет хорошо.

— Можно его увидеть? — попросила я.

Он недавно был в реанимации, но согласился:

— Хорошо, пойдем.

Руслан помог мне встать, поддерживая за руку.