Пропавшая принцесса, или Зачет по родовой магии

Он, не мигая, уставился на меня, и мне показалось, будто у меня волосы на затылке пошевелились.

– Я был на войне, Дейна. Я видел, как люди падали в такие обмороки от переизбытка эмоций, от нежелания воспринимать реальность. Если бы не мое заклинание, вы бы чувствовали себя гораздо хуже, нежели сейчас.

Я молчала, ошарашенно глядя на ректора. Заклинание? Я что, действительно была в таком состоянии?

– Вы вообще что здесь делаете? – Не найдя что ответить, я решила сменить тему. – Почему вы не уехали?

– Прости? – Кэдерн недоуменно уставился на меня.

И почему он постоянно путает, обращаясь ко мне, «ты» с «вы»?

– Ну я думала, вы уедете, переночевав, – ответила я.

– Сормат! Я что, по-вашему, приехал сюда из-за вас? Я дождусь свободного номера, оплачу его и проведу свои каникулы, ясно вам?

– Что?! – Я, забыв о слабости, вскочила. – Вы что, здесь жить собираетесь?

– Почему нет? – удивился ректор. – Комната, конечно, не ахти, но…

– А ничего, что здесь я?

– Ничего. – Кэдерн лениво пожал плечами. – Ты мне не мешаешь, оставайся.

– А спать мы по очереди должны? – Меня возмущало спокойное лицо ректора и его пренебрежительный тон.

– Ты предпочитаешь вместе? – многозначительно усмехнулся Кэдерн. – Учти, Сормат, я – взрослый мужик и не ограничусь поцелуями.

Я покраснела. Обычно, смущаясь, я злилась.

– Господин Элвид, а как отреагирует император, узнав, какие у ректора отношения со студенткой? – Я наслаждалась видом замершего от неожиданности Кэдерна.

– Госпожа Сормат, а как отреагирует Варц, узнав, какие у его сотрудницы отношения с преподавателем, которому был положен отдельный номер? – нашелся Кэдерн.

Крыть было нечем. Я обиженно отвернулась.

– Я спасаю тебя, Дейна, – прошептал он мне на ухо. – И твою практику. Будь благоразумной.

И легонько чмокнул в шею.

«Нигде нет таких звезд, как в Арулте. Ими усыпано все небо. Когда-то Фар подарил мне синее платье, расшитое бриллиантами, оно осталось в том месте, которое домом я назвать больше не могу. Я уходила на глазах всего замка, под ехидные смешки прислуги. Я уходила, видя приготовления к помолвке принца, но – самое главное – я уходила, видя темную и хорошо знакомую фигуру Фара, отвернувшегося от окна.

– Прощай, Мадлен, – проговорила императрица холодно.

Я вздрогнула от этих слов. Никогда не слышала, как прощаются с обреченными. Я хоть и не была предназначена в жертву, все же удостоилась чести быть награжденной, как и те, кому на долю выпала красивая и почетная смерть.

Я глянула в последний раз на знакомый замок, который вовсю готовился к празднику. Фар и Виренея – будущие принц и его супруга.

Впереди простиралась дорога».

– Здесь совсем нет картинок, – прозвенел мальчишеский голос прямо у меня над ухом.