Путеводитель по миру Братства черного кинжала

Чтобы стать героем, ему необходимо победить свою тягу к наркотику, и первый шаг к выздоровлению – это признание наличия у него проблем. Впервые он понимает это, когда они вместе с лессером в поисках уединенного места для драки, неожиданно прерывают сделку наркоторговца со своим клиентом. Когда стало понятно, что сделка не состоится, отчаявшийся покупатель нападает на дилера, убивает его и подчищает карманы, перед тем как бежать:

«Степень радости на лице наркомана крышесносна. Парень явно сел на скоростной поезд прямиком к бесконечному кутежу, и тот факт, что дозы достались ему бесплатно, был лишь малой частью праздника.

Настоящий экстаз он испытывал от количества имеющейся у него дури.

Фьюри был знаком с этим практически оргазмическим ощущением счастья. Он испытывал подобное каждый раз, когда запирался в своей спальне с огромным мешком красного дыма и новенькой упаковкой сигаретной бумаги».

Священный Любовник, стр. 47

Сравнив себя с другим наркоманом Фьюри начал осознавать свою проблему. Но прежде чем улучшится, ситуация в корне ухудшается:

«– Но я все еще Брат?

Король молча смотрел на кинжал – что было ответом, состоящим из двух простых слов: лишь формально.

»

Священный Любовник, стр. 87

Исключение Фьюри из Братства связано не только с наркозависимостью, но и с методами его борьбы с собственными эмоциями – он пытает лессеров, прежде чем убить их.

А вначале я думала, что подобное поведение будет прерогативой Зейдиста. Я даже упомянула об этом на форуме. Но я ошиблась. Это Фьюри мучает убийц перед тем, как проткнуть их кинжалом – что было довольно тяжелым зрелищем. Забавно, но когда я увидела эту сцену, я просто подумала, что Фьюри, такой хороший и добрый, не может совершить такое низкое и жестокое деяние.

Но здесь вот в чем дело, и я думаю, что в некоторой степени это один из  главных моментов в книге Фьюри: даже хорошо одетые и воспитанные люди в глубине души могут быть психически неуравновешанными.

Говоря о предпосылках к этому, добавлю пару слов о Кормии. Параллели между ней и Мариссой очевидны. Обе женщины занимают высокое положение, страдают от гнета возложенных на них с рождения социальных ожиданий – и обе меняют себя, становясь проводниками не только к собственному освобождению, но и свободе других (Марисса участвует в голосовании на заседании Совета, работает в Безопасном Месте, Кормия помогает Фьюри преобразовывать жизнь Избранных).

Как пара, Фьюри и Кормия походят друг другу по многим параметрам, и в этом отрывке, я думаю, она сама дает полное описание своего участия в их связи:"

"«Но не только это пленило ее. Он был воплощением всего достойного, что она знала: всегда думал об остальных, и никогда – о себе.