Группа специального назначения

Не смотрите так удивленно, товарищи офицеры, я все же не последний человек в этом городе… — Малютин закончил фразу приглушенным ругательством, из чего следовало, что человек он, может, и не последний, но все равно — не бог.

— Я могу при этом присутствовать?

— Не вижу причин для отказа, — пожал плечами секретарь. — Вы мой помощник. Но ведите себя скромно, не проявляйте инициативы. К тому же, боюсь, Николай Артемьевич никогда уже не выйдет на свободу… — Малютин вздохнул как-то даже преувеличенно сокрушенно. В этом он был прав. Попасть за решетку — легко. Выйти — фактически невозможно, пусть ты даже самый честный и лояльный человек.

— Позвольте вопрос не по теме, Павел Егорович? — спросил Максим.

— Пожалуйста, Максим Андреевич.

— Вы хорошо знакомы с товарищем Берией?

— Да, неплохо, — согласился Малютин. Его глаза при этом сузились и как-то почернели, — во всяком случае, он мне доверяет.

Хорошо, что не сорвалось: а вы ему?

— Я в конце тридцатых служил в Закавказье, был бригадным комиссаром расквартированной там дивизии. Познакомились с Лаврентием Павловичем летом 1937-го — он тогда возглавлял тбилисский горком, подбирал верных людей.

Шли собрания партхозактива, он выступал перед армейскими политработниками, навестил нашу дивизию… Много с тех пор воды утекло. Я подал рапорт о переводе из армейских структур, пересел в кресло партийного работника — товарищ Берия, чего душой кривить, тому посодействовал. Работал в Кутаиси, потом в ростовском горкоме, после 1939-го переведен на Западную Украину, потом в Белоруссию… Ладно, будем считать, что кабинетную работу закончили. — Малютин хлопнул по коленям и поднялся. — Сколько времени вам нужно на отдых?

— Нисколько.

— Отлично. — Малютин посмотрел на часы. — Ладно, полтора часа до собрания еще есть, все равно надо в крепость заехать… Проведем генеральную репетицию оркестра, Максим Андреевич? Организую вам экскурсию по району. Сядете за руль — изображайте моего водителя. Не забывайте, что вы штатский человек.

Глава пятая

Руки отвыкли от баранки, но он справлялся. Четырехдверный фаэтон грязно-зеленого цвета выехал за ворота и повернул налево. У шлагбаума пришлось притормозить. Остановка была короткой. Позади остался поселок, машина катила к шоссе.

«ГАЗ-61» обладал строптивым норовом, руль проворачивался с усилием, но ямы и лужи машина брала легко.

— Привыкайте, — покосился Малютин, — у вас такая же будет. Впрочем, о чем я? Это она и есть.

У выезда на шоссе пришлось остановиться — впереди пылила колонна грузовиков. Сзади к фаэтону приклеился «ГАЗ-4» с тентом. В нем ехали три сотрудника охраны и люди группы Шелестова.

— По должности положено, — проворчал Малютин, уловив его взгляд. — Охраняют от вражеских происков.