Ранние цивилизации Ближнего Востока

Лугали и энси жили во дворцах (хаи-каль на архаическом шумерском языке, позднее – э-галь, что дословно переводится как «большой дом»). Впервые это слово встречается в одном из архаических текстов, найденных в Уре. Древнейшими сооружениями, обнаруженными археологами и подтверждающими данные письменных источников о существовании царских дворцов, являются руины зданий, найденных в ходе археологических раскопок в Эриду (второй-третий этапы раннединастического периода) и Кише (второй этап раннединастического периода). Они должны были служить дворцами, так как не соответствуют планировке храмов и слишком велики для того, чтобы выполнять какие-то другие функции.

Однако в Уруке, согласно эпосу, эн жил в части храма, называвшейся гепаром. В других городах так называлось расположенное в храме жилище жрицы-эн. Этот факт соотносится с религиозными функциями эна, но они не забывали и о светской власти и связанном с ней великолепии. Так, в шумерской песне об Энменкаре и эне Арраты говорится о том, как правитель Урука встречал посланника иноземного царя во дворе тронного зала, располагавшегося в храме. Аккадское слово экаллум, которое переводится как «дворец», заимствовано из шумерского языка. В конце 3-го – начале 2-го тыс. до н. э. его заимствовали семиты, жившие в Сирии. В языке Угарита, в иврите и арамейском это слово обозначает то храм, то дворец. Однако носители этих языков жили за пределами Месопотамии, и данный факт не помогает нам выявить первоначальное значение шумерского слово хаи-каль."

"Об организации и социальном строе городов-государств раннединастического периода нам известно только то, что мы можем почерпнуть из глиняных табличек того времени.

В составе архивов или по отдельности их находили в Уре, Шуруппаке, Лагаше, Умме, Адабе, Ниппуре и Кише. Нас же, в свою очередь, ограничивает не столько то, что можно найти, сколько то, что мы в состоянии прочитать. Чем древнее текст, тем сложнее его перевести. Архив Лагаша, датированный временем правления царей от Энтемены до Уруинимгины, и относящиеся к тому же периоду таблички из Уммы и Адаба, как правило, довольно легко перевести. Чем дальше по времени от них отстоят другие источники, тем больше шанс, что мы можем понять что-то неправильно. Значение многих символов еще не устоялось. Даже если мы в состоянии перевести все знаки, имеющиеся в предложении, понять его крайне сложно, так как мы не до конца понимаем его синтаксическую структуру. Ведь в древнейших текстах слова не находятся в грамматической связи друг с другом. В шумерской клинописи на раннем этапе ее развития выписывались только корни слов, без приставок и суффиксов, благодаря которым можно получать столь важные сведения о лице, падеже, числе, времени и т. д.