Разрешаю стонать

 – Широкая ладонь обхватила горло, фиксируя голову, а упругие губы вместе с сережкой втянули в рот левую мочку. – Необъезженная совсем.

Уже почти ничего не соображая, я с трудом выдохнула:

– Не надо…

В этот же момент дверцы закрылись. Лифт медленно двинулся вниз. А мужские ладони спустились к пуговице моих брюк.

– Давай, соври еще раз, что не хочешь.

Пуговица и молния продержались недолго. Я даже набрать воздуха в легкие не успела, как ловкие пальцы пробрались под белье и раздвинули позорно мокрые складки.

– Пиздец, – глухо раздалось над ухом.

В голове у меня пронеслось что-то подобное. Разобрать, что именно, было невозможно. Мысли, как густой туман, клубились и таяли, а тело изгибалось. Само. Не спрашивая разрешения у мозга. Под стальные выпуклости, под руки, под губы. Словно кошка мартовская вселилась.

– Я же слезать с тебя не буду, маленькая.

Не знаю, каким местом этот маньяк умудрился нажать на кнопку «Стоп», но лифт резко остановился. Вместе с его толчком в меня на всю длину вошло два пальца, и, ломая ногти, ладони заскользили по хромированной панели.

Сбежала! Спаслась! Как же!

ЭдЯ знал, что она будет выкобениваться. Гордую изображать. «Не такую». У самой ни шиша за душой, ребенок, а совместить приятное с полезным – нет.

Словно дворянская кровь какая. Впервые такая попалась. И ведь хотела не меньше моего. На парковке животом член в штанах так полировала, что чуть не кончил.

Стонала, словно я в ней по самые помидоры. Дрожала, будто я не во рту у нее хозяйничаю, а между ног вылизываю.

Готовая была!

Но трахаться по договору. С гарантиями. С окладом и понятным расписанием – нет."

"Якобы не делает так никто. Тьфу! Святая наивность. Не бойся я, что еще сильнее испугается, рассказал бы. И о расценках за пользование телом. Не на панели, а из «большой и чистой» – в бриллиантах, телефонах, букетах из лучших салонов. И о тарифных ставках в браке. Грабительских. Почти как налоги у любимого государства.

Но пугать было нельзя. Если до этого идея сделать ее любовницей по контракту и казалась самому себе легким бредом, то после новой встречи – хрен я ее отпущу.

Только потом. Когда натрахаюсь. Пресыщусь. Когда от этого ее испуганного взгляда и губок поджатых перестанет вставать, как у юнца, на «раз-два».

Черт, чувствовал, что уломать будет непросто. Зарплату в контракте такую потребовал прописать, что Юрка, начальник юротдела, трижды переспрашивал. А девка все равно сорвалась.

Побежала, словно я ее прямо сейчас на столе предложил разложить.

Зря она это сделала. Могли бы просто спуститься на пару этажей ниже, в мою запасную квартиру. Потискаться для приличия в коридоре, а потом нормально выпустить пар в спальне. Я бы даже сверху разрешил ей поскакать… возможно. Не факт. Может быть.