Развод. Моя (не) желанная (СИ)

Нормальные супружеские пары в своих спальнях куда более приятными вещами обычно занимаются.

В воображении яркой вспышкой мелькнуло альтернативное развитие их отношений. Прижатое к нему обнажённое женское тело — горячее, гибкое, распалённое. Под его пальцами прохладный шёлк светлых волос…

Яр кашлянул и выпрямился в кресле.

Кажется, крыша у него совсем потекла… Его Лисицын на разговор с какими-то мутными целями вытягивает, а его башка продуцирует ненормальные фантазии — секс с Митиной!

Секс с Митиной…

— Ярослав Дмитриевич?..

— Я не уверен, что понимаю, о каких ошибках вы сейчас говорите.

Сбой в программе. Такого больше не повторится. Ему в ближайшее время стоило бы напроситься в гости к Илоне.

— О глупых ошибках, — со значением повторил Лисицын. — Знаете… я ведь сам на этом когда-то обжёгся.

Если что-то и могло отвлечь его от больных фантазий, так это подобное заявление.

— Каким это образом? Извините, но в такое сложно поверить.

Лисицын метнул на Яра короткий взгляд, и ему показалось, он уловил в нём неподдельную грусть.

— Представьте себе, я был женат. Но жил как двоеженец.

Если бы его глаза обладали способностью вываливаться, прямо сейчас они бы бултыхнулись в стакан, который он продолжал греть в своей ладони.

— Да не смотрите вы на меня так! — неожиданно рассмеялся Лисицын. — У меня была жена, но я изменял ей с работой.

Ах вот оно что…

— Пропадали по долгу службы?

— Днями, а то и неделями. Иногда даже забывал позвонить и в очередной раз сообщить, что задерживаюсь. В последний год перед разводом она даже горько шутила, что лучше бы уж я настоящую любовницу себе завёл. Что с женщиной из плоти и крови она, может, её потягалась бы. Но не с подобного рода обсессией. Лида посчитала, что бороться с ней бесполезно. И ушла.

— А вы? — невольно вырвалось у Ярослава.

Лисицын повернул свой бледный профиль к весело потрескивавшему в камине огню.

— А я её не остановил.

Вот тебе и разговор…

— Мне жаль. Жаль, что у вас всё так сложилось.

— Благодарю за сочувствие, — Лисицын не отрывал взгляда от огня. — Но в этом случае жалости я недостоин. В том, что мой брак развалился, целиком и полностью моя вина. Очень бы не хотелось, чтобы в вас я обрёл брата по несчастью, а заодно и по глупости.

Яр моргнул, наконец отчётливо сообразив, к чему вело это информативное и неожиданное вступление.

— Вы считаете…

— Алине Сергеевне очень вас недостаёт.

Его пальцы невольно сжали стакан чуть крепче обычного.

— Откуда такие выводы?

— Она ваша супруга, но совершенно не чувствует себя здесь на своём месте. И оживает только когда вы появляетесь.

Это… слишком громкое заявление. Лисицын наверняка что-то путал или попросту принимал свои иллюзии за истину.

Но вырази он свои сомнения вслух, и Лисицын тут же что-нибудь заподозрит.