Ренегат

Послышался металлический лязг, сопровождаемый матерной тирадой:"

"– Мудак безрукий! Хватай скорее!

Стас, решив не тратить время на бессмысленную уже конспирацию, взбежал вверх по лестнице и встретился с двумя бойцами из личной охраны коменданта, поднимающими с пола здоровенный металлический ящик.

– А ты что здесь?.. – удивился один из них, но так и не закончил вопроса.

ПБ дважды хлопнул, и тяжелая ноша выпала из мертвых рук.

– Какого хера? – из комнаты справа на секунду выглянул привлеченный шумом охранник, но, увидев продырявленную голову сослуживца, тут же исчез.

Стас убрал пистолет и достал из подсумка оставшуюся РГО. Не давая противнику опомниться, он выдернул чеку и швырнул гранату в незакрытый дверной проем. Та залетела внутрь и врезалась в стену еще до того, как ударный взрыватель успел активироваться.

«Раз».

Освободившиеся руки легли на дробовик. РГО упала и покатилась, ожидая самоликвидации.

«Два».

– Граната!

– Где?!

«Три».

– Все на пол!

За стеной приглушенно ухнуло. Из дверного проема повалил дым.

Стас влетел в комнату, обвел царящий там беспорядок стволом ружья.

Под клубящейся серой дымкой что-то пошевелилось. «Бенелли» с грохотом изрыгнул сноп искр, и спарка тяжелых пуль, связанных стальной проволокой, припечатала тело обратно к полу. Еще три выстрела довершили работу РГО, оставив в комнате четыре трупа.

Стас огляделся, быстро заряжая опустевший магазин.

По виду помещение сильно напоминало рабочий кабинет, хоть и с некоторыми оговорками, как, например, прибитая гвоздями к стене испещренная шрамами кожа явно не животного происхождения, о чем свидетельствовала и татуировка в районе спины, изображающая обмотанный колючей проволокой череп с подписью «Боль – навсегда.

Смерть – на мгновение». Всевозможные колюще-режущие и рубящие орудия самого устрашающего вида также не вязались с кабинетной обстановкой в ее привычном понимании. Впрочем, остальные детали интерьера, сейчас частично вышедшие из строя и посеченные осколками, вполне соответствовали канонам. Недоставало здесь только одного – вожделенного отцом Фомой пулемета MG-3.

– Твою мать! – выругался Стас, продолжая безрезультатно крутить головой.

«Так, без паники. Серпимолот говорил, что пулемет висит прямо над креслом. Вот кресло, – он обошел завалившийся на сломанную ножку стол и отпихнул роскошное вместилище для комендантского зада. – А вот и пулемет».

MG-3, радуя глаз ладно скроенным телом и фосфатным матово-серым покрытием, мирно лежал на полу, сброшенный со стены взрывом гранаты.

Стас поднял пулемет, оказавшийся, к его удивлению, значительно тяжелее пэкээма, и повесил на правое плечо, закинув АК-103 за спину.