Ренегат

Охотник тяжело вздохнул и уставился под ноги:"

"– Я чувствую что-то. Не могу конкретнее объяснить. Ну… Бля! У тебя бывало так, что приметил человека краем глаза, мимоходом, даже лица толком описать не сможешь, а потом в башке мысль крутится: «Где-то я его уже видел, где-то я его уже видел…»? Или, скажем, за спиной стоит кто, не слышно его, не видно, но ты точно знаешь – он там.

– Не припоминаю.

– Ты, Станислав, грубое существо с закостенелым восприятием окружающего мира. А вот у меня такое случается. Словно не глазами смотришь, а напрямую, сразу в мозг… Но это ж когда рядом.

А тут другое немного. Я его чую. И чую очень сильно, хоть видел только тень издали.

– Кто он, по-твоему?

– Откуда ж мне знать? Одно точно – это не Святой.

– Значит, как мы и предполагали – человек Легиона.

– Или не человек.

Примерно за километр до стоянки Коллекционер сбавил шаг и принюхался:

– Мясом жареным тянет. Слышишь?

– Нет, – ответил Стас после безуспешной попытки распознать в свежем утреннем воздухе хоть какой-то аромат, кроме своего собственного.

– Ах да, извини, – охотник издевательски ухмыльнулся, – и о чем я только думал, задавая столь нелепый вопрос.

– Хм, – Стас приподнял бровь, меря Коллекционера взглядом. – Ты зря мнишь, что во всем лучше меня.

– Действительно? И где же я недоглядел? Ну, давай проанализируем. Итак, ты хуже видишь, хуже слышишь, обладаешь никудышным обонянием, заторможенной реакцией, более низким интеллектом…

– Самонадеянное заявление.

– Не перебивай. Еще скверным чувством юмора, расшатанной психикой и патологической тягой к убийству, которую лицемерно пытаешься отрицать. Впрочем, последний пункт можно опустить в контексте сравнения.

Что еще? – Охотник медленно перевел взгляд с лица Стаса в район его паха. – Неужели… – нахмурился он, обхватив рукой подбородок. – Ладно, будь по-твоему. Ради истины готов провести сравнительный замер, но предупреждаю – результат тебя огорчит.

– Сомневаюсь.

Коллекционер хмыкнул и потянулся к пряжке ремня.

– Да расслабься, – улыбнулся Стас, жестом останавливая попутчика. – Пусть сегодня этот твой позор сохранится в тайне.

– Ну, раз ты и здесь не на высоте, то где же?

– Есть еще один момент.

– Хоть намекни.

– Я не трахал умирающих двенадцатилетних девочек, Кол.

– О-о… Снова-здорово. Что ты на этом зациклился? Завидуешь? Успокойся. Когда бригады во главе с Легионом займут Муром, сможешь удовлетворить свои больные желания столько раз, на сколько тебя хватит.

– Признайся, ты ведь выдумал историю с дочуркой безопасника?

– Второй раз уже спрашиваешь. Долгое воздержание здоровью на пользу не идет. Нужно было попросить Фому, чтобы с Веркой тебя на полчасика отпустил.