Ренегат

– А второй?

– Со вторым примерно такая же история вышла. Тоже в патруле ходил, не дальше километра от крепости. Группа из четырех человек. Поссать отошел в сторонку. На этом его жизненный путь и оборвался. Правда, из дыры его успели вытащить. Он еще живой, говорят, был. Бормотал что-то про серпы, про страшный суд, жатву кровавую. Ну, ты же знаешь этих умоленных. Они все на сказках своих повернуты. Но вот раны у него и впрямь необычно выглядели.

– Так ты, что же, труп видел?"

"– Да, – кивнул охотник. – И, скажу тебе, остался впечатлен. Раны очень на осколочные похожи.

Сначала даже подумал, будто пострадавший этот на мине подорвался. Только что за мина такая, которая человека под землю затаскивает? К тому же осколки снизу вверх секут, а тут наоборот все, дыра сверху, борозда рваная вниз тянется, словно и впрямь серпом вспорота. Его ведь из земли втроем тащили и насилу вытащили. Значит, держало что-то. Но это еще не самое интересное. – Коллекционер растянул губы в садистской ухмылке. – Страдалец наш, пока его до крепости везли, все на живот жаловался, мол, болит страшно, жжет, будто пламя адское в брюхе развели. А когда на стол-то его положили, да в прореху на пузе глянули, там уже вместо кишок месиво было. Каша гнойно-сизая, говном приправленная. Через пару часов настолько разжижилась, хоть половником черпай.

– И о чем это, по-твоему, говорит? – Стас прокашлялся, невольно бросая взгляд на рыжую в свете костра землю.

– А ты подумай, – предложил охотник. – Вспомни, кто из добычи пюре делать любит.

– Бульдозерист?

– Сейчас обоссусь со смеху, – вяло отреагировал на шутку Коллекционер. – Тебе бы клоуном в балагане. Ну что, никаких гипотез больше не выдвинешь?

– Кроме Бульдозериста только паук на ум приходит.

– Во-о-от, – охотник ткнул в Стаса длинным костлявым пальцем, – молодец. А то я уж совсем было в тебе разочаровался.

– Так ты думаешь, что этот гусляр – насекомое?

– Точно, – подтвердил Коллекционер. – Здоровенное насекомое. И возможно, не одно.

Стас вопросительно посмотрел на довольно ухмыляющегося охотника:

– И чему ты, собственно, радуешься?

– Как чему? Торжеству эволюционного процесса, разумеется.

– Да? А если это торжество сейчас из-под земли выскочит и тебя за жопу схватит?

– Значит, так тому и быть, – ответил Коллекционер, приняв серьезный и даже слегка торжественный вид.

 – И я, и ты, и эта тварь из-под земли, все мы участники одного большого состязания под названием «Естественный отбор». И в этом состязании правила для всех едины, – он запнулся и, поджав нижнюю губу, задумчиво повел бровями, – кроме, разве что, тех чертей, которых ты ищешь.

– Не понял.

– Перестань, – охотник махнул рукой, будто отгоняя вранье. – Ты же в Арзамас только ради этого и идешь, чтобы с ними встретиться.