Роковое сокровище

— В сердечных делах?

— Ну да!

— Да ты всего день как женат, — справедливо указал Рамзи. — И что тебя волнует?

— Я совершенно спокоен.

— Верю, но все же объясни.

— Я только что заметил…

— Да говори же! — раздраженно приказал Рамзи.

— Я слишком весел, черт побери!

Рамзи схватился за живот от смеха, что вовсе не понравилось Бродику.

— Слушай, забудь все, что я тут наговорил! Я не привык рассуждать о подобных…

— Ты привык скрывать свои мысли и чувства. Мне не следовало смеяться. Извини. А теперь рассказывай.

— Что тут рассказывать, — проворчал Бродик. — Помоги мне, Боже, я жизнерадостен, словно щегол! Сейчас щебетать начну!

— Совершенно необычное для тебя состояние, — согласился Рамзи.

— То-то и оно. Женат всего лишь сутки — и уже на себя не похож. Джиллиан сбивает меня с толку. Я знал, что хочу ее, но и представить не мог, до какой степени. Трясусь над ней, как скупец над золотом.

— Ты и до венчания так себя вел.

— Да, но с каждым часом все больше глупею.

— Она твоя жена, так что все. это вполне естественно.

— Вовсе нет. Мне хочется одного — немедленно отвезти ее домой…

— Ни в коем случае, — перебил Рамзи. — Она должна помочь нам найти тех ублюдков, что пытались убить моего брата.

— И без тебя знаю, но все же умираю от желания отвезти ее домой и держать под замком день и ночь, — вздохнул Бродик, поражаясь собственной дури.

— Чтобы уберечь он всех и вся?

— Да, и еще потому, что не выношу, когда другие мужчины…

— Пялятся на нее? Но она так красива!

— Я не из тех, кто ревнует.

— Ну да, еще бы!

— Она сводит меня с ума.

— Говоришь совсем как человек, влюбленный в свою жену.

— Мужчина, пораженный стрелами любви, слаб.

— Ошибаешься. Настоящему мужчине любовь придает сил. Йен обожает жену, — возразил Рамзи. — И что? Можно сказать, что она лишила его сил?

— Нет, конечно, нет!

— В таком случае готов поклясться, что нежные чувства не превращают человека в безвольную куклу!

— Зато делают его уязвимым!

— Возможно, — вздохнул Рамзи.

— И если его постоянно терзают мысли о возлюбленной, он слабеет и забывает о своем долге. Разве не так?

— Я скажу тебе, в чем дело, Бродик, — усмехнулся Рамзи. — Ты любишь ее, и сознание этого смертельно тебя пугает.

— Мне следовало бы расквасить тебе нос.

— Сначала узнай имена, а потом делай что хочешь. Ты уверен, что она скажет тебе, кто они?

— Как в том, что меня зовут Бродик! Джиллиан — моя жена и сделает так, как ей ведено.

— На твоем месте я не стал бы хвастаться. Жены терпеть не могут, когда мужья указывают им, что делать.

— Я знаю Джиллиан, — самодовольно усмехнулся Бродик. — И к закату сообщу тебе имена англичан.