Роковое сокровище

 — Может, подумаешь над его предложением? Если вы сядете вдвоем и спокойно все обсудите…

— Ну уж нет! — взорвалась девушка. — Не желаю сидеть с ним и тем более думать над его предложением! Я дам ответ здесь и сейчас. Не будете так добры передать Дунстану, что я благодарна ему, но…

— Но? — прошипел Гидеон.

— Но вынуждена отказать.

Именно в этих выражениях она успела отвергнуть остальных семерых искателей.

— Почему? — рявкнул Рамзи.

— Я не люблю его.

— Что общего любовь имеет с браком? Со временем придут и нежные чувства.

— Либо я пойду к алтарю с тем, кого люблю, либо не пойду вообще, — твердо провозгласила девушка, на всякий случай снова отступив.

— Ну что мне с ней делать? — беспомощно развел руками Рамзи.

— Ума не приложу, — вторил Гидеон. — Откуда она набралась этой чуши?

Грубость и бесчувственность мужчин, открыто обсуждавших Бриджид, будто ее не было в комнате, казались поистине невыносимыми! Девушку трясло от гнева, но она старалась держать себя в руках, помня, что стоит перед самим лэрдом могущественного клана.

— Ты не передумаешь? — с надеждой спросил Рамзи.

— Я вынуждена отказать, — повторила девушка.

— Ах, Бриджид, что ты за упрямица! Очередной упрек больно ранил ее гордость и оказался последней каплей, переполнившей чашу терпения.

— Я пробыла здесь не больше десяти минут, и за это время вы назвали меня упрямой, своенравной и даже нахальной. Если вам надоело оскорблять меня, я, пожалуй, вернусь к тете и дяде, — холодно бросила она. Рамзи уставился на нее, пораженный столь внезапным взрывом гнева. До сих пор ни одна женщина не смела говорить с ним в подобном тоне. Ее поведение граничило с наглостью, однако он не мог не признать, что девушка в чем-то права.

— Какая непочтительности — взвился Гидеон. — Твой отец перевернулся бы в гробу, если бы услышал тебя!

Бриджид опустила голову, но Рамзи успел заметить блеснувшие в глазах слезы.

— Оставь ее отца в покое, — велел он.

— Но, лэрд, пусть по крайней мере извинится, — запротестовал Гидеон.

— Зачем? Это я обидел ее, хоть и ненамеренно, и должен просить прощения.

Бриджид резко вскинула голову.

— Вы извиняетесь?

— Да.

Лицо девушки озарила сияющая улыбка.

— Тогда, в свою очередь, должна признать, что была чересчур сварлива.

Она поклонилась и выбежала.

— Ну и злючка! — не выдержал Гидеон. — Жаль мне того несчастного, кто женится на ней, ибо вся его жизнь превратится в сплошное поле битвы.

— Да, но какой приятной битвы! — усмехнулся Рамзи. Гидеон удивленно покосился на него.

— Может, ты сам хочешь поухаживать…

Отчаянный вопль заглушил его слова. В шатер ворвался молодой воин Алан, сын Эммета Макферсона, с таким лицом, словно только сейчас увидел призрак отца.