На одном дыхании!

Может, вы знаете, где Глафира и как-то с ней свяжетесь?

– Дайте мне ее телефон, – вдруг опять встряла Варя. – Ну номер, который у вас есть! Я попробую позвонить.

– Чего там пробовать, я каждый час пробую! – вдруг возмутилась Лена. – Я думала, у вас, может, есть запасной или домашний…

Тем не менее мобильный достала, понажимала какие-то кнопки.

– Ну вот! Записывайте!

Пока Варя переписывала цифры на желтую бумажку, Волошин принял решение.

Он вернулся в кабинет, оставив дверь нараспашку, вытащил телефон и нажал кнопку вызова.

– Глафира Сергеевна, – громко сказал он, когда ответили, – кинолог очень просит вас забрать собаку, которую вы ей отдали.

– Вы что? – помолчав, спросила в трубке Глафира. – С ума сошли?!

– Приезжайте, – велел Волошин и положил трубку. И потер лицо обеими руками.

…Если Разлогова на самом деле убили, значит, это сделала его жена.

Глафира подъехала к шикарному, новенькому, с иголочки зданию, в котором, помимо всего прочего, помещалась еще и редакция журнала «День сегодняшний», с таким расчетом, чтобы точно не застать Прохорова на работе.

В этот самый день и час он всегда присутствовал на каком-то смутном совещании то ли в Минпечати, то ли еще где-то и больше в офис никогда не возвращался.

Глафира была уверена, что такие совещания специально затем и собирают, чтобы поменьше торчать на скучном рабочем месте. Так сказать, создают законный повод для отдыха.

В подземный гараж она не поехала, приткнула тяжеленную разлоговскую машину кое-как, уповая только на то, что задеть ее никто не посмеет – исключительно из чувства самосохранения.

"В короткой щегольской курточке она сильно мерзла, даже в машине мерзла. Да еще и снег вдруг пошел! Почему-то московские автомобилисты никогда не бывают готовы к «снегопадам и метелям», несмотря на то что зима наступает исправно, из года в год и из века в век, и еще ни разу на смену лету и осени не пришла весна, а вот поди ж ты!..