На одном дыхании!

 – Правда?

– Правда, – подтвердил шпиц Дон Карлос и вылез из машины. Сердце опять застучало как-то странно, неровно, и он нащупал в кармане крохотную трубочку с таблетками нитроглицерина.

Как она сказала, эта самая Варя?.. Это тяжелый препарат. Вы уверены, что он вам показан?..

Нет, не уверен, я нынче ни в чем не уверен.

За высокими стрельчатыми окнами угадывался теплый свет, и ожидание уюта было все ощутимей, и вдруг приоткрылась тяжелая дверь, и на крыльце показалась Глафира Сергеевна – босиком и в наброшенной на плечи странной зимней куртке.

– А-а, Марк, – сказала она совершенно безразлично и прищурилась за очками. – Здравствуйте. Проходите. А кто это с вами?"

"Варя выдвинулась вперед, открыла было рот, но Глафира вдруг продолжила все той же безразличной скороговоркой:

– Вы Варя, я вас помню. Вы работали с Разлоговым, да? Я видела вас в офисе. Вы теперь работаете с Марком? Ну проходите, проходите! На улице сегодня холодно.

– Глафира Сергеевна, – начала Варя с нижней ступеньки мраморной пологой лестницы, ведущей на балюстраду, – мы с Марком Анатольевичем…

Глафира вдруг исчезла за высокой дверью, как и не было ее.

Волошин и Варя переглянулись.

– Что это с ней?

Волошин пожал плечами, взбежал на крыльцо и придержал перед Варей тяжелую створку. Варя вошла и огляделась.

Огромный зал в духе готических романов простирался перед ней. Посередине зала в каменном очаге с железным колпаком пылали дрова, а перед очагом стоял огромный ковровый диван, на который была брошена какая-то замысловатая шкура. Рассеянный свет потихоньку лился из окон, отражался в полированной крышке рояля и мраморной плитке, уложенной вокруг очага.

На уровне второго этажа шла галерея, и за каменными колоннами, поддерживающими перила широкой лестницы, угадывались еще какие-то помещения, огромные и бесконечные, как в фантастическом фильме. Кованая железная люстра со множеством лампочек, похожих на свечи, низко нависала над дубовым столом. Варя вдруг подумала – может, там и впрямь свечи?..

– Проходите, – издалека пригласила Глафира. – Можете не разуваться!

Да что они, сговорились, что ли?! Как это так, не разуваться?! И Варя моментально скинул ботинки – по всем правилам хорошего тона, принятым на улице Тухачевского.

Повесить куртку было некуда, и Варя скомкала ее и сунула на какой-то обитый кожей сундук, стоявший у дверей.

– Здрасти, – громко сказал высокий лохматый парень, появившийся из-за угла.

– Здравствуйте! – тоже громко отозвалась Варя и оглянулась на Волошина.

Тот смотрел вопросительно и ничего не говорил. Ну это уже невежливо!..

– Меня зовут Варя, я работаю… работала секретаршей у… – говорила Варя Столетову.