Семь дней до Мегиддо

Оторвавшаяся бегающая мышца… вот только на каждом куске был крошечный глаз, до ужаса похожий на человеческий, и крошечный, непрерывно открывающийся рот с рядами мелких зубов. Комочки толкались, пихались, забирались друг на друга, отваливались в стороны и снова сбивались в кучу – текущий поток омерзительных созданий.

– Тюменские мыши! – выкрикнул Василий.

– О! Так информация о том случае все-таки просочилась! – Иван заулыбался. – Тогда вы должны понимать, с чем имеете дело.

– Чего вы хотите? – неожиданно спросил Лихачев. Голос у него по-прежнему звучал сдавленно, словно он каждый звук выплевывал отдельно.

– Я же сказал. Стратег должна умереть, – Иван развел руками. – Не спорю, мы бы хотели оставить малышку себе. Но учитывая все обстоятельства… мы подождем. Два стратега за короткий период времени – это уже материал для анализа. Инсек сдохнет, к нам вернется контроль над Землей. Будут новые стратеги! Сейчас важно, чтобы ни мы, ни наши враги не натворили непоправимого, верно? Мне удалось отстоять эту позицию, и с большим трудом. Сделайте же и вы шаг навстречу!

Удивительно – но мне казалось, что он говорит искренне. Старается, чтобы мы поверили и пошли навстречу. Ему действительно не хочется, чтобы Инсек ударил по Земле, если он заберет стратега, и он не желает, чтобы его сородичи уничтожили человечество, если Инсек попытается забрать девочку."

"И он даже понимал, почему мы так упрямимся. Наши эмоции ему были доступны и понятны – не то что пришельцу на орбите. Нет, он их ничуть не разделял, но понимал. Я так отношусь к одному приятелю, который любит виниловые пластинки, слушает их на каком-то здоровенном проигрывателе и говорит, что это круто и совсем другой звук. Как по мне, так никакой разницы с файлом, но я считаю это безобидным чудачеством.

Чистильщик тем временем прокатился всей своей бесформенной грудой по залу, явно нацелился на лежащих куколок, но боец издал рычащий звук и повел перед собой конусом излучателя. Кусочки кровавой плоти развернулись и, словно оживший фарш из мясорубки, невозмутимо покатились в другую сторону. Словно показывая: «Ну, не получилось, ладно…»

Самое мерзкое, что я понимал – эти кусочки плоти когда-то были человеком. Или несколькими людьми. Даже в уничтожителях и бойцах оставался какой-то разум и подобие человека. А в этой кровавой массе уже ничего не было, кроме ненасытного голода.

Неужели это такая опасная тварь? А если ее из огнемета?

– Стратег, – тихо сказала Дарина. – Анализ.

– Прежний, возраст около семисот лет, – негромко сказала куколка. – В защитном рассогласовании. Уровень компетенции близкий к прим-два. Боец, ускоренная рядовая сборка, в начальной стадии умирания, излучатели заряжены. Чистильщик… выдержанный, третье почкование.