Штурмовик-3. На абордаж!

Надо теперь переложить увиденное в кроки.

Скалистые холмы, по которым он решил полазать, оказались великолепным наблюдательным пунктом, с которого виднелась большая часть острова, но, к сожалению, только портовая. Но и этого хватило понять, что открытым штурмом Остров Старцев взять не удастся. Легендарные флибустьеры окопались здесь серьезно.

— И где же склады с гравитонами? — пробурчал Призрак, сидя на теплом камне, подставляя лицо свежему просоленному ветру. — В порту их точно держать не будут. Слишком жирный и соблазнительный куш. Остается поселок или противоположная часть острова с выходом к воде.

Набрав десяток яиц, он положил их за пазуху и ловко спустился вниз. Пора было возвращаться в «Морскую раковину», чтобы по темноте не бродить по незнакомым еще местам. Придя в таверну, отдал обрадованному хозяину добычу, получив за это три медяка. Неплохо для первого дня.

…Поморщившись от головной боли, Призрак снова припал к кувшину. Вода был теплой и пахла тиной. Где этот ублюдок Чинвар, аксумский раб, прислуживающий в таверне, набирает ее? В сливной яме, что ли? Сплюнув на пол, Призрак оделся, натянул на ноги сапоги и задумчиво замер, сидя на кровати."

"…Они понимали, что рано или поздно ими заинтересуется местная служба безопасности, как обозвал островную стражу Игнат, и нужно было «залегендировать» (еще одно незнакомое словечко командора) свое пребывание на Мофорте. Так и случилось. На третий день, когда освоившиеся Призрак и Мудрец сидели за столом и жадно поедали тушеную фасоль с кусочками свинины (за целый день проголодались, осматривая остров), запивая ее пивом, к ним подсели трое из местной «гвардии». У каждого из них кроме кортика и пары ножей за поясом торчало по два пистолета. Причем один из них — обязательно двуствольный. Призрак не относился к бывалым флибустьерам, и не собирался им становиться, но точно знал, что огнестрел очень дорогой, и не каждый мог себе позволить даже одноствольный пистолет. Обычно ими пользовались абордажные команды, да и то пара-тройка человек, которые атаковали капитанский мостик, как самый охраняемый участок.

Эти же парни, чувствовалось, не на берегу крутились всю жизнь. У одного, самого старшего, была разодрана губа, словно однажды он попался на большой крючок, которым ловят акул, но смог сорваться с него, ценой потери куска плоти. Второй щеголял старым рубцом, идущим от правого глаза к виску, отчего кожа казалась взбугрившейся.

Незнакомец с разорванной губой сел рядом с Мудрецом, старательно уткнувшимся в тарелку, и облокотился на край стола. Подался вперед, отчего кожаная куртка громко заскрипела, натягиваясь на широких плечах.

— До нас слухи дошли, что какие-то ушлые ребятки появились на Мофорте, — сказал он, обращаясь к Призраку.