Сильнейший Столп Империи. Книга 5

Ты сделаешь только хуже, и сам это понимаешь. Единственное, что тебе остаётся это молчать и помогать мне в раскрытии этого сообщества, чтобы раз и навсегда уничтожить угрозу Российской империи и роду Романовых.

С другой стороны, у нас есть средство для борьбы с этими паразитами, и это сообщество знает об этом. Именно по этой причине они и не используют его во вред Российской Империи. Им это невыгодно. Ведь, чем больше мы об этом узнаём, тем ближе мы к ним подбираемся и тем больше у нас этих паразитов.

Ведь не только они могут использовать их против нас, но и мы сможем использовать это оружие против них.

А с учётом того, что они до сих пор не решились использовать его массово, можно предположить, что у них и нет средств борьбы с этим оружием.

— Из этого всего можно сделать вывод, что ты не только угроза для Российской Империи и рода Романовых, но ещё и щит, который пока сдерживает сообщество, которое угрожает мировому порядку.

— Всё верно. И для того, чтобы мне оставаться тем щитом, на который это сообщество не попрёт, мне необходимо постоянно развиваться, увеличивая свою мощь, власть, влияние и богатство.

— А в результате ты станешь той силой, с которой не рискнёт сразиться даже союз сильнейших государств.

— Да. Я стану именно такой силой, и никто не сможет мне в этом помешать. Однако у меня будут друзья, которые пройдут со мной весь этот путь. Найдутся и те, кто испугался встать со мной рядом и поддержать меня. И те и другие будут жить, но вот привилегии у всех будут разные.

— Умно. Ладно, мне нужно переварить услышанное, если ты не против.

— Не против, конечно. Ты главное за упражнением следи, а то вместо перехода к третьему этапу начнёшь заново второй, — указал я дедуле на уже затухающее заклинание.

— Ох ты ж блин, чуть не погасло! — всполошился он и вернул всё, как было, а я оставил его одного, дав ему возможность усвоить полученную информацию и определиться с тем, что он с ней будет делать.

— Долго же тебя не было, — даже несмотря на входную дверь, пожаловался Вивьен, когда я вошёл в его комнату.

— Как ты себя чувствуешь? — проигнорировав его претензию, спросил я.

— Намного лучше. Хочется походить, но я держусь, потому что ты запретил.

— Правильно делаешь.

Вижу, что тебе уже лучше, но вставать всё ещё рано. Твои органы не готовы к таким нагрузкам, им ещё требуется время для восстановления, как и твоей ауре. Готов?

— Готов, — абсолютно без страха в голосе ответил Вивьен Берлиоз, и я принялся за манипуляцию с его потоками ауры. Сегодня он даже пытался терпеть боль и сдерживать крик.

— Не нужно терпеть, ори. Так будет легче, и лишнее напряжение в ауре не будет скапливаться, — велел я, и Вивьен заорал. Молодец, он вынес свой урок. Жаль только, что поздно.