Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Тысяча, может, и больше всадников на огромных, как горы, скакунах на полном ходу врывается в растянутый отряд Молний и топчет его, опрокидывая лошадей, колет, рубит без милосердия. В несколько мгновений отборное Крыло превращается в рассеянную группку воинов, сражающихся за свою жизнь.

У них нет и шанса.

Вот картина – на напирающих на пехоту кочевников падает атака сзади, и внезапно все меняется. Щиты, шлемы, тела, мечи, топоры, сабли, ножи – все перемешивается, сливаясь в один огромный, убийственный водоворот, мельницу, смалывающую в клочья пойманных в ловушку се-кохландийцев.

Вот – стягивают с седел, режут глотки, пальцы втыкаются в глаза, вот – ярость и безумие.

Вот картина – старик на холме. У него вытаращенные глаза и трясущиеся руки.

Вот картина – большой отряд Волков летит в его сторону, сталкивается с Крылом Молний, разбивает его, гонит вперед и нападает на его личную стражу.

Вот – резня.

Оставшиеся Крылья Наездников Бури стоят, не ведая что делать.

Легкая конница идет врассыпную и сбегает.

Вот картина – меж шатрами кочевников Ких Дару Кредо врываются конные лучники. Факелы дарят ткани и дереву поцелуи огня, луки раз за разом натягиваются, опорожняя колчаны прямо в спину убегающих женщин и стариков.

Сабли рубят руки, впустую прикрывающие головы, копья бьют в спины. Мужчина под красным бунчуком довольно улыбается.

Кровавая резня внутри армии Фургонщиков останавливается. Волки разворачивают лошадей и гонят в сторону лагеря кочевников, в котором безумствует легкая конница сахрендеев. А за ними бегут остальные: мужчины и женщины, размахивая оружием, что-то хрипло крича, их ненависть, кажется, может поджечь небо.

Вот картина – колесницы наступают на легкую кавалерию, прижатую с другой стороны Волками.

Нет.

Вот картина – жеребер останавливается и пытается наложить заклинание. Аркан падает ему на шею и стягивает с конской спины с такой силой, что мужчина погибает, не долетев до земли.

Нет.

Вот картина – молодой Наездник Бури полулежит на конской спине, сломанная нога его выгибается под странным углом. Он стягивает шлем и отбрасывает его в знак того, что сдается. Стрела разбивает ему висок и выходит по другую сторону черепа.

Нет.

Поток ледяных осколков разносит в клочья группу людей.

Хас – если этот ступающий на худых ногах скелет он – разворачивается, высылает еще одно облако чар. Потом падает замертво.

Нет.

Женщина лежит, заслоняя ребенка. Выпущенная сверху стрела пришпиливает ее к земле.

Мужчина, которому удар тупым оружием разбил лицо, бродит на ощупь. Стонет.

Из горящего шатра выбегают горящие дети.

Нет! Нет! Нет!!!

Кей’ла встает, садится, внезапно ощутив свое тело. Машет руками, попадая в маленькую лампадку. Масло плещет на кипу каких-то свертков и вспыхивает.