Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Деана отбросила все радужные, разноцветные, вручную раскрашенные шелка и батисты, все пастельные, желтые, ярко-красные, синие, кобальтовые и сапфировые штуки тканей, за которые в родной афраагре большинство женщин дало бы себя порезать на кусочки. Швея вздыхала, возводила глаза горе$, всплескивала руками и приказывала нести все новую материю. Наконец им попалось нечто, что женщина взяла с таким выражением, словно поднимала шкурку, сброшенную змеей, – штуку обычного, хотя и мелкотканого полотна цвета кремовых скал, освещенных пурпуром закатного солнца.

– Это.

К материалу они подобрали еще несколько локтей белого сукна, восемь футов обычной веревки, служащей для привязывания животных, и – единственная уступка для любящих разноцветие коноверинцев – несколько ярких лент.

Княжья швея смотрела на эту несчастную горку с истинным отчаянием, но Деана была безжалостна:

– За работу!

* * *На следующий день Деана вышла из шатра, одетая в простейший ноасм и та’чаффду, наброшенную поверху и подвязанную куском шнурка, обшитого красной тесьмой.

С десяток шатров встали несколько на обочине, чтобы их работа не мешала важным персонам. Были тут сапожники, шорники, кузнецы, пекари, портные, оружейники. Никаких ювелиров, торговцев парфюмерией или кондитеров – только солидные ремесленники, необходимые для жизни такого большого каравана. Деана со знанием дела глядела на коллекции сабель и мечей, разложенных на стойке перед одним из шатров, а потом вошла внутрь.

Деана положила перед ним оружие."

"– Убери это, – проехалась она пальцем по камням и жемчужинам, украшающим ножны. – Все это.

– Сакари?

– Да, сакари. – Чтобы он лучше ее понял, она подцепила ногтем одну из жемчужинок и вырвала. – Сакари.

Он кивнул, после чего притронулся к украшенной рубинами рукояти:

– Сакари хана?

– Да. – Она отыскала взглядом одну из сабель с рукоятью, обтянутой акульей кожей. – Сделай так, – показала рукой.

Он глянул на нее и спросил:

– Орги? Савенры? Муши? О… плата, – добавил на меекхе.

Наверняка знал, с кем имеет дело, но уговор есть уговор. Деана вручила ему выковырянную жемчужинку.

– Оплата, – указала она на остаток украшения.

Наверняка это было больше, чем он мог бы заработать и за полгода, даже если бы обслуживал только людей из окружения самого князя. Несколько секунд мастер буравил ее взглядом, потом отвернулся и исчез за завесой, делившей палатку надвое.