Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Перед Кайлеан возникли две дороги, два решения. Между двумя ударами сердца она выбрала лучшую. Наверное.

Бердеф в ее голове заворчал, а Горшок натянул повод коня, видя, как она оскалилась.

Она потянулась к колчану за несколькими последними стрелами.

— За мной!

Пошли галопом, пятьдесят ярдов, что отделяли их от укрепления, промелькнули совершенно незаметно. Защитники вспомнили о них слишком поздно, потому что, только когда отряд Кайлеан въехал в ров, навстречу им полетели камня и стрелы.

Что-то свистнуло мимо ее головы, она уклонилась и, вырвав ноги из стремян, вскочила на седло.

Были уже у самого вала. В этой позиции она оказалась по грудь выше верха укреплений. Тетива ее лука брякнула, и один из солдат в плоском шлеме свалился на землю с древком, торчащим из глазницы.

Всадники вокруг вскакивали на седла, били из луков внутрь укреплений, кто-то сильно перегнулся и ударил за частокол копьем.

Кайлеан отметила это мимоходом, сейчас она должна была сделать кое-что другое, дикое и безумное.

Оттолкнулась от спины коня и вскочила на вал. Пригнулась, натягивая лук. Целящийся в нее чем-то вроде глевии пехотинец вдруг захрипел и упал со стрелой, посланной одним из ее всадников.

Неважно. Дух пса не позволял ей теперь задумываться, бояться, рассчитывать пустые и несущественные «что было бы, если бы».

Сейчас они сражались.

Она заметила их сразу. Пятеро мужчин под самыми укреплениями, все в бурых кафтанах и одинаковых штанах. Все окружены серо-красными полосами Силы, которой они ткали и кормили тварь, пожирающую пехоту Уавари Нахс.

Время для нее замедлилось, словно кто-то наполнил воздух жидким стеклом. Она четко видела боль и страдание на лицах чародеев. Их кожу покрывали следы ожогов, одежды местами дымились, волосы одного из них уже обуглились и напоминали короткую щетину.

Все использовали слишком много Силы, долгими часами пропуская аспектированную магию сквозь собственные тела, а теперь, в последнем акте отчаянной попытки защиты, уничтожали себя окончательно.

Только бы убить как можно больше врагов.

Безумие. Но она слишком долго ездила с чаарданом, слишком хорошо знала войну с этой стороны, чтобы теперь не понимать их поведения.

И не оценить его.

Она выстрелила раз, второй и третий. Это движение: натянуть тетиву до щеки, цель, выстрел, новая стрела, цель, выстрел, новая стрела… — все это было привычным, словно дыхание.

Первому магу она попала идеально в центр спины, окружавшая его Сила заморгала и угасла. Второй получил нечисто, в живот, коротко завыл, а прежде чем упал, третья стрела воткнулась в глотку его приятеля.

Трое из пяти. Достаточно, чтобы сорвать чары.

Она соскользнула с вала, прыжком оказалась в седле, свистнула: возвращаемся.

Они погнали в сторону леса, выпуская за спину последние стрелы.