Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Совместные тренировки, молитвы, приемы пищи, молитвы, сон в одной комнате, молитвы и постоянное соревнование с другими группами мальчишек — один из краеугольных камней школы будущего ахира — приводили к тому, что, когда отпадали самые слабые, дружина такая сживалась, будто родные братья. Этому помогал и доходящий до фанатизма культ Владыки Огня, и многочасовые медитации со всматриванием в пламя, молитвы, посты, произнесение мантр. Перековывание — как говорилось — сердец в клинки.

Потом их передавали большим отрядам, у Буйволов — в бритахи, у Соловьев — в пердии, то есть в отряды кавалерии из двухсот голов, и схема повторялась.

Этих мужчин и правду выковывали, словно стальные клинки, чтобы сделать совершенным оружием. И они становились оружием удивительной результативности. Для них оставался лишь Агар — бог истинных воинов, они считались лишь с собственным Родом, только с братьями-солдатами, с которыми провели несколько лет, и исключительно эти последние оставались достойны доверия.

И, да славится Праматерь, пока что их верность распространялась и на нее саму.

Деана хмыкнула, чтобы привлечь внимание стражника.

— Я жду Коссе Олювера, Уве, Умнереса и твоего командира. Как появятся, не впускай их сразу, сообщи сперва мне.

— Слушаюсь, госпожа!

Некоторое время назад пришли новые вести, на этот раз не из столицы, но из Помве, и потому Деана созвала вечерний совет, хотя охотней всего упала бы на постель и заснула.

Она вернулась в шатер, который размером был не меньше домов в ее родной афраагре и, как и они, круглым. Разделялся на десяток помещений: большой зал совещаний, столовую, спальню Пламени Агара и спальни для ее служанок — и даже отдельную кухню и гардероб. За обеспечение достойных ее положения условий отвечала Варала, но только на первой ночевке Деана поняла, что бывшая наложница понимает под словом «достойные». Но, как ни посмотри, этот шатер прекрасно подходил для места встреч всех командиров коноверинской армии, к которым — кроме аф’гемидов пехоты и кавалерии — относились также Бримгорн Уве, командир боевых слонов, и Умнерес из Лувы, якобы самый сильный — или, по крайней мере, самый авторитетный — маг огня в Коноверине.

Первый был молчуном, и это, пожалуй, вытекало из того, что он предпочитал компанию своих серых гигантов людям, но он вот уже тридцать лет принимал участие в войнах и стычках, глядя на них со спины слона, и потому его опыт был бесценен.