Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Их присутствие заметили сразу, многие купцы и аристократы подходили вместе с собственными охранниками – еще один странный меекханский обычай, которого Йатех не понимал. Среди иссарам мужчина, не умеющий сам позаботиться о своей безопасности и чести, был обречен на изгнание. Когда Йатех нанимался стражником, то не сомневался, что прежде всего будет опекать семью купца. Сопутствовать самому Аэрину во время балов и приемов казалось ему несколько странным. На этот раз они отправились вдвоем, поскольку госпожа Элланда прихворнула. Едва лишь они вошли в зал, музыка стихла, и почти все лица повернулись в их сторону.

Охранники других гостей, как правило, были солдатами, ветеранами меекханских войн или воинами кочевых племен, смотрели они на купца и иссара довольно пристально, порой – враждебно. Аэрин предупредил его, что не нужно реагировать ни на одно оскорбление с их стороны. У охранника нет собственной чести – таково было одно из главных правил службы. Честью охранника является честь его работодателя. Жизнью охранника является жизнь его работодателя – это было еще одно правило, о котором никогда нельзя забывать.

Оттого, когда прозвучал этот странный вызов, он взглянул на купца, ожидая его решения. Тот, похоже, колебался.

– Моя семья не имеет с этим ничего общего, – произнес Аэрин наконец. – Потому я приду с Йатехом и двумя друзьями. Жду, что барон явится со своим представителем и двумя приятелями.

Мужчина в атласе выглядел так, словно теперь раздумывал он.

– Согласен, – сказал он спустя миг. – Поединок состоится завтра через час после восхода солнца.

И вышел, оставив после себя сильный запах пота и тяжелых, сладких духов.

Аэрин попрощался со всеми и почти вытащил телохранителя из комнаты.

Прежде чем они прибыли в родовую усадьбу, Йатех узнал большинство меекханских проклятий, какие были в ходу в этой части империи.

Жена купца также выглядела возбужденной.

– Вы не можете туда идти. Для Эхрена-рец-Ванкееля сражается Веель Саворех.

– Мы не можем не пойти. Здесь не идет речь о его дочери – только о контракте. Командир Третьего полка никогда не подпишет договор ни с кем, кто сбежал от поединка чести. И Эхрен прекрасно об этом знает. Потому-то он и подсунул свою дочку Йатеху. Проклятие, я наблюдал за ними весь прием.

Йатех не сказал ей даже пяти слов.

– Четыре.

– Что «четыре», Йатех?

– Четыре слова. Она спросила, не выйдем ли мы в сад, потому что она боится темноты. Я ответил: «Обязанности мне не позволяют». Только это.

Элланда чуть улыбнулась:

– Что же, она была настолько некрасивой?

– Нет, если кто-то любит оспинки и легкое косоглазие. Ей непросто будет найти мужа.

– Не думаю, ее отец – барон и владеет изрядным богатством. Нет лучшего эликсира красоты, чем титул и большое приданое.