Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

– Что?

– Необходимость… желание окружать пространство, отхватывать его для себя, господин лейтенант. Я осматривал их лагеря, те, большие. Только внутри, за стеной из фургонов, они выпускают детей играть, только там женщины ходят поодиночке, а мужчины – без оружия. Не считая их ножей, конечно же. Едва они покидают лагерь, как сразу сбиваются в кучу либо вооружаются. Что ты об этом думаешь, младший десятник?

Фенло Нур лишь скривил широкое лицо.

– Это не мое дело, – пробормотал он. – Меня больше интересуют те, что в кустах.

Кеннет слегка ухмыльнулся. Получается, хорошо его оценил.

Нур был следопытом и разведчиком, от которого мало что могло укрыться.

– Сколько?

– Человек пятнадцать – двадцать, там и там. – Он кивнул в сторону стены деревьев. – Не слишком хороши, но – стараются. Идем?

Кеннет даже не шевельнулся.

– Я не расслышал твой вопрос, младший десятник.

– Э-э-э… идемте, господин лейтенант?

– Сейчас, пусть сперва дадут знак, что они нас заметили.

Знак дали: между фургонов показался высокий, смуглый и темноволосый мужчина. Верданно в каждом дюйме. Кеннет уже насмотрелся на Фургонщиков, но издалека и не мог не признать, что вблизи зрелище оказалось куда более импонирующим.

Более шести футов ростом, сукин сын был крупнее даже Велергорфа, а шириной плеч не уступал Нуру. Темное лицо, черные глаза, два шрама на щеке, внимательный хмурый взгляд, мощные ладони. Кому-то такому уступаешь дорогу на улице совершенно без раздумий. Ну и одежда: кожаные штаны, кожаная жилетка, широкий пояс. Ничего кроме. Похоже, холод не производил на него впечатления.

– Анд’эверс Калевенх, – представился он коротко, и было не понять, охрип ли он или это такой у него голос.

 – Эн’лейд лагеря Нев’харр.

– Лейтенант Кеннет-лив-Даравит, шестая рота Шестого полка из Белендена, мои сержанты, десятник Вархен Велергорф и младший десятник Фенло Нур.

Фургонщик окинул их внимательным взглядом, а Кеннет почувствовал себя ровно так же, как в первый раз встав перед Черным Капитаном. Взвешенным и оцененным.

– Где остальные? – Фургонщик снова захрипел, должно быть, говорил так всегда.

– Там и сям, вокруг этой милой полянки. Нет нужды им стоять у нас над душой.

Темный взгляд обвел стену деревьев, потом Анд’эверс сделал какой-то неясный жест.

– Хорошо, – прохрипел он, отворачиваясь. – Мы тоже присматриваем. Пойдемте.

Похоже, он не принадлежал к разговорчивым: дорогу к фургонам они одолели в молчании. Велергорф чуть подтолкнул лейтенанта и показал взглядом на нож, торчавший у мужчины за поясом. Судя по форме ножен, в клинке было как минимум двенадцать дюймов, он расширялся кверху и загибался вперед. Кавайо, опознавательный знак всех мужчин-Фургонщиков.