Смерть особого назначения

Солдаты сжимали руки и ноги Уула, и гном, поняв, что пошевелиться не дадут, вдруг нелепо замахал ушами.

...Большие кожистые «лопухи» ударяли по столу, потом взлетали вверх – так, будто дрогл пытался оттолкнуть ими врагов. Все было напрасно, кызэ одолел более половины дороги и спешил к телу Уула. Наблюдавшим за пауком инквизиторам стало понятно, что опасная тварь пришла в возбуждение – теперь она двигалась быстрее, резче, нетерпеливо помахивая в воздухе передними мохнатыми конечностями.

– Не-е-ет! – дико закричал пленник. – Не надо, пожалуйста!

Мадэн резко наклонился вперед, накрыл паука прозрачным колпаком.

– Тогда отвечай на вопросы! – приказал он. – Совсем недавно к Савангу подходил корабль людей! Небольшой корабль. Скорее разведчик, чем ударный звездолет. Он сделал возле планеты только один круг, а потом убрался восвояси. Что им нужно?

Командир отряда фринов был уверен, что теперь дрогл не выдержит, заговорит. Во время специальных тренировок на Моранво такое происходило в девяти случаях из десяти. Взрослый паук кызэ не поддавался внушению гномиков, жертвы не могли остановить ужасную тварь силой мысленного приказа.

Не могли ни остановить, ни направить в другую сторону, а ведь мохнатые вампиры размером чуть больше кулака обожали пить кровь дроглов. И, хотя жуткие твари обитали лишь на нескольких планетах созвездия Центавра, в любой сказке-страшилке дроглов обязательно присутствовал огромный паук кызэ. Мадэн знал, это один из главных отрицательных персонажей в эпосе гномиков.

Во время тренировок на полигонах Моранво, когда отрабатывали боевые приемы на дроглах, Мадэн не раз убеждался, что даже самые стойкие пленники теряют над собой контроль, увидев в руках палачей такого паука.

Гном зажмурился, лицо его стало каким-то детским, показалось, Уул сейчас разрыдается.

– Что им было нужно?! – выкрикнул Мадэн, подтягивая стеклянную банку вплотную к телу пленника.

Теперь паук находился в одном сантиметре от дрогла, мешала лишь тонкая перегородка.

Пленник не видел этого, но ему и не требовалось смотреть – он чувствовал черную мохнатую смерть, копошившуюся возле грудной клетки. Все тело Уула била жуткая дрожь, на груди и руках выступили крупные пупырышки, а кожа головы, наоборот, покрылась глубокими бороздами, в которых собиралась влага.

"

"– Для чего они прилетали?! – еще громче завопил фрин, хватая Уула за тоненькую шею. – Отвечай! Отвечай! Отвечай!

Тонкие черные лапки нетерпеливо скребли стеклянную преграду, паук бросался на стенку, мечтая побыстрее добраться до жертвы, но гном упрямо молчал. Предательство было непереносимее смерти. И тогда Мадэн резким движением поднял банку.