Смерть особого назначения

Вдвойне горько становилось от того, что капитана Вебера, из-за которого, собственно, и возникла глупая потасовка, уже реабилитировали и даже отправили на боевое задание. Да, откровенно говоря, никакой потасовки-то и не было! Это мог подтвердить любой, кто стал свидетелем нелепого скандала.

Катрин Уилсон предпочла не Вебера, факт. Симпатичная блондинка с глазами цвета неба, на которую обращали внимание многие, из двух кавалеров выбрала русоволосого голубоглазого мечтателя Кирилла Соболевского, и с этого момента не имело никакого значения, что там у Катрин и Руди происходило раньше.

Может, что-то такое и было, никто же свечку не держал. Но Уилсон – женщина свободная, имела право решать вопрос, как сердце подсказывает, а капитан Вебер, славившийся вспыльчивым характером и неоднократно попадавший в переделки из-за этого, почему-то решил устроить публичное сведение счетов.

И, кстати, молодец Кирилл, что не стал отвечать ударом на удар, хотя мог бы. Еще неизвестно, чем бы все закончилось, если б майор и капитан сцепились по-настоящему. Тем более выглядело все глупо: капитан Вебер съездил в челюсть старшему по званию, при свидетелях.

.."

"Однако дежурный по гарнизону упек на «губу» обоих, не разбираясь в деталях инцидента. Это произошло как раз за сутки до вероломной атаки фринов. А теперь что? Теперь капитан Вебер, досрочно амнистированный, где-то вне Рапиды, а Соболевский по-прежнему на гауптвахте, ибо генерал-лейтенанту Кравцу, новоиспеченному командиру гарнизона, не до каких-то личных дел офицеров.

...Экипажу «Москита» не спалось – за последние сутки и отоспались, и належались так, что ныли бока.

Тело просило работы, а ее не было и быть не могло.

Дверь в кубрик распахнулась, в проеме появился штурман «Москита», капитан Кочеванов. Он тяжело перешагнул порог и плотно прикрыл створку. Евгений всегда слыл балагуром и весельчаком, мог шутками «достать» любого, но шутил беззлобно, просто в силу характера. Теперь его лицо было темным и печально-торжественным.

Кочеванов вытащил из-под кожаной летной куртки литровую бутыль и поставил ее на стол. Затем бросил рядом пакет. Без объяснений было понятно, что это закуска под водку.

– Женька, ты с ума сошел? – без энтузиазма посмотрев на объемистый пузырь, спросил старший лейтенант Цветков. – По гарнизону объявлено боевое положение, дежурная смена сидит на кораблях, на прогреве движков. Все остальные – в казармах, по готовности «один». Ты чего?! По Кире соскучился?

Вениамин намекнул на то, что так и до гауптвахты доиграться недолго – угодить как раз туда, где находится их командир и товарищ, Кирилл Соболевский.

– Зорька! – на правах старшего по званию приказал Кочеванов.