По ту сторону отражения

Хотелось двигаться, двигаться, только вот легкая ватность в ногах и руках мешала этому. Около самых ворот я едва не упала, зацепившись босоножкой за идиотскую розу – парень вовремя успел меня подхватить.

– Осторожнее. Тебя слегка шатает, будь внимательнее, Катенька. И если что – я рядом. И машина близко. Мы у входа на стоянку.

– Я пьяная, да? – поинтересовалась я. А соображаю вроде бы нормально.

– Не очень. От алкогольных энергетиков человек не совсем пьянеет. Хотя после «Флориды» ты почувствуешь себя по-другому… А вот от коньяка тебе будет хорошо. Тихо-тихо, не падай, Кать, – вновь поймал меня парень.

"

"– Ого, что вы тут делаете, шалуны? – вдруг окликнула меня не слишком добрым голосом трезвая Нинка. Рядом с ней стоял, нахмурившись, Келла. Моя подруга выглядела преступно радостной по сравнению с ним. К тому же синеволосый казался уставшим – выдохся на концерте, наверное.

– Ой, Ниночка, – улыбнулась я ей и к ее неожиданности подергала за нос.

– Ты чего? – отпрянул она от меня. – Нанюхалась?

– Просто так. Мне всегда хотелось это сделать!

– Пьяная, – сурово поглядела она на меня. – А ну пойдем втроем поговорим.

И ты, Владик, со мной. Ты зачем ее, дружок, опоил?

– Вы куда? – мрачно осведомился Келла, поигрывая ключами от машины.

– Иди к своей тачке, я сейчас приду, – велела ему Ниночка, отходя вместе со мной и с Владом в сторону. – Видишь, Катька напилась?

– Можно я тебя за цепочку дерну? – вежливо поинтересовалась я, оборачиваясь к барабанщику.

– Я тебе дерну. Иди, давай, алкашка, – не разрешил он мне. – Королева, возвращайся быстрее.

– Не плачь, малыш, вернусь быстро.

Келла проводил троицу хмурым взглядом. Мало того что он устал после концерта – даже во время такого небольшого, как сегодняшний частный, парень привык выкладываться по полной и полностью восстанавливался только после пары часов сна, так к тому же Нина сегодня порядком успела утомить его.

Утром заявилась в студию, поломав кучу планов, непонятно как попав в охраняемое здание. Затем оказалась и на Дне рождения дочурки мэра, причем не одна, а в компании богатенького холеного мажора, которому синеволосому очень хотелось разбить наглую смазливую морду, и желательно, увидеть на ней смесь крови и грязи. Келла не был таким уж дураком, чтобы поверить, что темноволосая тихоня, подруга его Ниночки, способна крутить романы сразу с двумя парнями. А вот в «любвеобильных» способностях Нинки Келла совсем не сомневался и страшно злился на нее из-за этого. Вообще-то он и сам был не без греха перед Журавликом, и может быть, не совсем маленького греха, но все же считал, что ему можно делать все, что душе захочется, тогда как его девушка, первая официальная девушка в жизни, обязана хранить верность и все такое.