По ту сторону отражения

– А? Да, конечно, – кивнула я, не отрывая взгляда от окна во всю стену, через которое отлично была видна дорога.

Он окинул меня беспокойным взглядом. Нет, он все-таки так изменился! Где мой одноклассник, с которым я могла трепаться часами о всяких пустяках? Что это за взрослый незнакомый мне парень? Зачем я сижу с ним в полутемном помещении? Ах да, мне просто надо не пропустить синее авто Кея или выйти на улицу ровно в четыре, чтобы горе-кукловод с платиновыми волосами увидел меня.

– Скажи честно, тебе было сильно больно из-за моего тупого поступка?

– Ну так, порядочно.

Зачем он все время оправдывается? Что ему нужно? Мое прощение? Так я не священник. К тому же сейчас он для меня – глубокое прошлое, и остался далеко позади.

Макс говорил, а я только кивала ему, вновь и вновь вспоминая Антона под дождем и кусая губы.

Ненавижу его!

– Слушай, – перебила я бывшего парня, тихо и задумчиво рассказывающего теперь о том, что он реально был влюблен в двух девочек и как последний слабак не мог решить выбрать одну.

Мои слова его явно огорошили, но без пяти минут четыре мы выходили из «Калифорнии». Остановились около припаркованных у обочины автомобилей. Вышли мы очень вовремя, потому что как раз по дороге, мимо нас поехала знакомая мне синяя машина с тонированными окнами, в которой находился Кей.

– Обними меня, – улыбнулась я, как робот, брюнету и подошла к нему близко-близко.

– Что сделать? – не поверил он.

– Обними меня. Пожалуйста.

– Хорошо, – не растерялся он и обнял: одной рукой за талию, второй – за плечи.

Вот это задница! А если всю жизнь теперь будет так? Со всеми мужчинами? И целовать ты захочешь только этого угря Кея?

По-хорошему, мне нужно было бы поцеловаться с Максом, чтобы вконец обозлить Кея, но я не смогла этого сделать. Только, положив руку на широкое плечо темноволосого фотографа, следила за тем, как синяя машина Антона останавливается у самого входа в здание, где находилась студия, и он медленно выходит из нее, глядя в нашу сторону.

Боже, спасибо, что он нас увидел!!

Я отстранилась от Макса, порядком удивленного моим поведением, и сказала скороговоркой:

– Где твоя машина? Поехали! Теперь поехали.

– Что, куда? Катя, да что ты делаешь? – свел он брови к переносице.

– Потом объясню. Просто поехали! Быстрее. – Я видела, как Кей быстрым шагом идет, почти бежит, в нашу сторону. Выражение его глаз оставалось для меня загадкой – на нем вновь были солнцезащитные очки. А Максим не замечал музыканта, умудрившегося врезать ему сегодня ранним утром.