По ту сторону отражения

Я тихо-тихо уселась на зачем-то стоящий здесь стул, поставила локти на колени и, подперев кулаками щеки, стала слушать голос этого эгоистичного, мерзкого, глупого нарцисса с замашками тирана, который так притягивал к себе меня, бедного нечастного мотылька, с неразумным удовольствием летящего на огонь.

В сторону, я кидаю тебя в сторону.Почему? Не хочу, чтоб досталась ты ворону.Больно? Я твоей звездой, слышишь, буду!Освещать тебе путь стану всюду.Только не уходи. Ты же слышишь?И не надо, милая, тише…Почему у Кея есть этот талант – так красиво петь, я не знаю. И, может быть, какой-нибудь жутко умный специалист и найдет пару ошибок в его пении, в его записях, но оно настолько харизматичное, настолько притягательное, впрочем, как и сам этот балбес, что хочется просто слушать его и улыбаться.

Ну, или просто слушать, без улыбки, и наблюдать за ним. Погружаться в его личный аудиомир, подчиняясь звукам чудесного чувственного голоса, который может быть таким разным.

Глядя на Кирилла и слушая его голос, я тихонько вздохнула. Вот каким бывает этот самодовольный тип, когда остается один на один с собой. Поет болезненно-нежные тексты и играет так чувственно, что, кажется, посвящает эту песню любимой (хотя, понятное дело, единственная его любовь – это отражение в зеркале).

Интересно, кого он «милой» называет, кого хочет защитить? Алину, что ли? Ну-ну, по-моему, такая ни в какой защите не нуждается, сама на кого хочешь охоту откроет.

Прикинь, это он тебе.

Мне, но… Мне?"

"Аха-ха-ха, я же пошутила! А ты думала, что такое возможно? Вот балда, аха-ха-ха!

Отстань. Интересно, а они встречаются сейчас? Или у Кея… много девушек?

Почему-то эта мысль мне не понравилась. Ловелас несчастный.

Спорим, тебе до Алексея далеко?

Мелодия неожиданно куда-то пропала, со стоном оборвав звучание, и я услышала надменно-равнодушное и неприветливое:

– Чего пялимся? – Кей, наконец, оторвался от своего занятия. Он нахмурился и быстро убрал гитару, резко спрыгнув на пол.

Хорошо, друг мой сердечный, в следующий раз я тоже так с тобой поздороваюсь. Или ты… смутился?

– Я не пялюсь.

– А что вы делаете? – Кей, хмурый, как участник Олимпиады, взявший вместо ожидаемых первых мест деревянную медаль, уставился на меня с подозрением.

– Я просто сижу.

Могу встать.

– Стойте где-нибудь в другом месте, – отрезал он.

– Почему? – удивилась я, не понимая, почему он обращается ко мне на «вы».

– Потому что вы меня нервируете, – заявил светловолосый. – Не даете сосредоточиться.

– В смысле? – я все еще не понимала причину его агрессии. Может, у него успокоительное закончилось?

– В прямом, – отрезал светловолосый.

– Но я просто слушала, как ты играешь, – растерянно отозвалась я.

– Ты бы лучше просто покинула это место. Вы мне мешаете, уходите.

– Сумасшедший.