Спаситель под личиной, или Неправильный орк

Её должны были как-то отвлечь, но что-то пошло не так. Подробностей уже и не помню, не уверен даже, что мне их рассказали, да и не важно это. Главное — в спальне короля внезапно оказались две фаворитки, похожие как две капли воды.

— Мечта любого мужчины, — послышалось сзади, а потом коричневые заржали в три голоса, остальные драконы подхватили смех, я, подумав, присоединилась к ним, хотя и не поняла — что же тут смешного? Какой смысл мечтать об одинаковых фаворитках? Или они что-то другое смешным посчитали?

— И как же король определил, какая фаворитка настоящая? — отсмеявшись, спросил чёрный дракон.

— Очень просто. На спине у настоящей фаворитки было небольшое родимое пятно, о котором король знал, а вот метаморфы — нет. И, собственноручно разрезав кинжалом бельё на обеих, король вычислил самозванку.

О, да, именно на таких вот мелочах и можно погореть. И мне это известно не понаслышке. Чтобы измениться, мне нужно знать, во что именно превращаться, видеть это. И чем больше подробностей — тем лучше. А как увидеть сквозь одежду?

Знали бы окружающие, что у меня сейчас в штанах. А нет там ничего, эта странная выпуклость, что есть между ног у каждого мужчины, лично у меня — просто шишка и всё.

Я на самом деле не знаю, что там у них находится, просто сделала так, чтобы снаружи смотрелось как у всех.

А уж скопировать все родинки — это вообще нечто запредельное! Неудивительно, что того метаморфа разоблачили.

— Надо же, дед, какие подробности ты знаешь! — восхитился Вэйланд.

— Именно мой друг, он же сотрудник посольства, допрашивал ту самую неудачливую фаворитку. Ведь торговцы действовали на свой страх и риск, не ставя правительство в известность о своей авантюре, которую им бы, конечно, запретили.

А итог всем известен — полное выдворение из стrраны всех метаморфов в кратчайшие сроки, и запрет на их появление в стране под страхом… если честно — не помню. Король вроде бы грозил едва ли не смертной казнью, но что написано в законе — не знаю. Но даже в тюремном заключении мало хорошего, верно?

— Для меня страшнее депортация, — пробормотала я.

— Теперь это уже не актуально, малышка, то есть, Элай, — успокоил меня Реарден. — Ты на нашей территории, а здесь к метаморфам претензий нет.

Поэтому и находиться здесь им не возбраняется. Другое дело, что попасть сюда никто из них не сможет. Поэтому ты здесь в полной безопасности.

— Дед, а знаешь, я тоже часто путался, называя Элая малышкой. Из него получилась такая убедительная девочка. А всё лишь потому, что какой-то художник нарисовал дракона-самочку в книге, где описан дракон-самец. Было бы забавно увидеть эту книгу, жаль, что она сгорела.

— Да, девочка из Элая получается замечательная.