Спаситель под личиной, или Неправильный орк

Более крупные изменения я не тяну пока.

— Младенец! — восхитилась королева. Или она тоже «в отставке», как и её муж? Но всё равно же королева, другой-то вообще нет. — Я должна это увидеть!"

"— Обязательно, бабушка, но дай нам сначала немного передохнуть, — выручил меня Вэйланд. — Пойдём, Элай. Бабушка, он ведь может пока пожить в комнате Фелана? Она всё равно сейчас пустует.

— Конечно-конечно! Я велю принести вам обоим одежду и приготовить ванны. А потом приходите в малую столовую. Реарден, ты должен мне объяснить, что же произошло. Прямо сейчас!

* * *Это я слышала, уже покидая двор вслед за Вэйландом.

Мы вошли в какую-то небольшую дверь и поднялись по винтовой лестнице на третий этаж.

— Так ближе и быстрее, чем через парадный вход, — пояснил мой спутник, быстро идя впереди меня по светлому, залитому солнцем, коридору. Я едва успевала бросать быстрый взгляд на немногочисленные картины и лепнину, украшающую потолок. Осталось ощущение изящества и лёгкости. У меня дома каждый угол был как-то декорирован, у нас было модно демонстрировать своё богатство, истинное или мнимое, и наш дом всегда казался мне аляповатым и утомительно пёстрым.

Здесь же всё было обустроено с большим вкусом, и это впечатление осталось, когда я вошла в выделенную мне комнату.

— Здесь останавливается мой кузен Фелан, когда приезжает навестить деда с бабушкой, — пояснил Вэйланд. — Располагайся, купайся, переодевайся. Когда будешь готов — постучи в дверь напротив, там мои комнаты.

И он вышел. А я осталась, осматривая своё новое место обитания, уж не знаю, надолго ли.

Мне понравилось. Очень. Комната была мужская, в ней было всё необходимое для удобства и даже комфорта, но не было той аляпистости, как в комнатах моих старших братьев.

Я не часто к ним заглядывала, но и пары-тройки раз мне хватило. Стены, завешанные картинами в тяжёлых резных рамах так, что почти не видно было обоев с тяжёлым, крупным рисунком. Камин в изразцах, от которых рябило в глазах, мебель загромождала комнату, все горизонтальные поверхности заставлены вазами, подсвечниками, статуэтками, рамочками и так далее. Комнаты братьев казались чем-то средним между пещерой сокровищ из сказки и лавкой барахольщика.

У нас с сёстрами было примерно то же самое, плюс множество женских штучек — зеркала, флакончики с духами и прочими притираниями, безделушек ещё больше.

У братьев на картинах преобладали сцены баталий и охоты, а в наших комнатах — цветочки, овечки и прочая пастораль. Уж не знаю, кто обустраивал комнаты братьев, а в наших постаралась матушка. Регулярно наведываясь на ярмарку, она скупала там безделушки и расставляла по дому, в том числе и в наших комнатах.

Я к такому привыкла, хотя не сказать, что была в восторге.