Спаситель под личиной, или Неправильный орк

Если бы категорию можно было определит ещё у младенцев — было бы проще, они не знали бы другой жизни. Но когда тебя, в десять лет, просто вышвыривают из семьи к едва знакомым людям, которым ты особо не нужен, но тебя терпят, потому что родители платят за содержание…

— Я такого не понимаю! Как можно отдать своего ребёнка?

— Бездарный ребёнок в знатной семье — это хуже, чем бастард, уродец или умственно-неполноценный. Позор, от которого нужно избавиться. Счастье ещё, что у нас в семье все имеют хотя бы четвертую. Но я волнуюсь за Акерлея, с ним пока ничего не ясно.

Я слышала, что такой ребёнок однажды родился даже в королевской семье. Бедняга, представляю, каково ему было.

— А одарённые, которых берут «наверх» и делают наследниками? Им, наверное, проще?"

"— Наверное. В бытовом плане. Но попасть из родной семьи в чужую, где тебя, конечно, сделали наследником, но ненавидят те, кого ты этим ущемил, а ущемлены все, кроме приёмного отца, да и для него ты лишь приобретение, не более… А порой ненавидит и он, потому что пришлось сделать наследником чужое дитя — таковы правила.

Каково ребёнку жить в подобной семье?

— Но зачем родители его отдают? Одно дело — избавиться от позора, хотя мне никогда такого не понять, и совсем другое — отдать одарённое дитя.

— Продать, — уточнила я. — Никто бесплатно одарённого ребёнка не отдаст. По закону отдать обязаны, но по этому же закону тот, кто забирает, тоже обязан отдать кругленькую сумму за престижного наследника.

— Как всё это сложно и… неприятно, — дракона заметно передёрнуло. — Как можно торговать своими детьми? Погоди, так вот что имел в виду дед? Тебя тоже продали? Только почему же так поздно? — Я молчала, не зная, что ответить, не выдав себя, но Вэйланд сам сделал вывод: — Ах, да! Высшая категория проявляется намного позже.

Кстати, а после второй тебя почему не забрали?

— Мой отец — виконт. У крестьян меня забрали бы уже с третьей, со второй — у кого-то из нетитулованной знати. Но не у виконта.

Я почти не врала. То, что я рассказывала, соответствовало нашим обычаям, просто меня не касалось. Дочерей не забирали в наследники, от них не избавлялись, сбагривая бедным родственникам.

Их продавали в жёны, поэтому, при любой категории, они оставались в семье до брака. А вот с кем будет тот брак, с герцогом или свинопасом — зависело от дара девушки. И неизвестно, кому было хуже, одарённым или нет.

— То есть, тебя должны были забрать в ещё более знатную семью? — уточнил Вэйланд.

— К герцогу Кенастонскому, — я это даже скрывать не стала, зачем? Дракон никогда не встретится с моим несостоявшимся тестем, я ничем не рискую.